Книга Атлас. История Па Солта, страница 179 – Люсинда Райли, Гарри Уиттакер

— Прости, что разбудил тебя, – прошептал я. – Я собираюсь спуститься к себе и кое-что организовать для поездки.

— Хорошо. Увидимся на борту «Ориента», как договорились?

— Да, встретимся в половине десятого, поспи еще немного, моя милая.

Я взялся за ручку двери, повернулся и посмотрел на мою будущую жену, мирно лежавшую в кровати. Разметавшиеся волны светлых волос и жемчужно-белая кожа делали ее похожей на ангела, сошедшего с одного из полотен Микеланджело.

Я часто пытался найти определение для любви. Думаю, теперь я знаю, что это такое – беззаветно и радостно раскрывать свою душу перед другой, невзирая на последствия. Когда я наконец отвернулся и аккуратно закрыл за собой дверь, мое сердце было преисполнено любви и гордости за эту поразительную женщину, которая уже двадцать лет находилась рядом со мной. И на которой я завтра собирался жениться.

36

Атлантический океан,

1949 год

Моего мира больше нет. Если вы читаете эту дневниковую запись, то, думаю, она будет последней, и на этом завершится история Атласа Танита. Все эти годы я выживал благодаря основополагающей энергии, которая заставляет людей двигаться вперед, несмотря ни на что, энергии надежды. Но теперь даже этот огонь погас, и у меня больше нет сил продолжать. Когда наступит ночь и на палубе не останется никого, я собираюсь броситься в океан, чтобы ледяная вода поглотила меня. Надеюсь, волны будут милосердны ко мне, и моя смерть будет быстрой.

Я решил оставить эту последнюю запись лишь из долга перед тобой, читатель. Это не тот конец, о котором я мечтал мальчишкой, когда впервые стал доверять свои мысли бумаге. Возможно, кто-то обнаружит мой дневник и сразу же заглянет в самый конец, чтобы выяснить, что автор добровольно спрыгнул за борт парохода. А может быть, он закончит историю моей жизни, которая, я надеюсь, была мало-мальски интересной. В таком случае уверен, что вы уже догадались о постигшей меня участи.

Элле больше нет рядом.

Мой худший кошмар воплотился в действительности, и груз бытия стал невыносимо тяжелым.

Ранним утром покинув комнату Элле, я направился в свой номер. Я сделал запись в этом дневнике, а потом забрался в постель с мечтами о нашей будущей свадьбе, погрузившими меня в подобие священного сна. Я проснулся в восемь утра, встал и заплатил по счету в отеле, а также за доставленные билеты для нас обоих. Потом я поднялся на борт «Ориента» и нашел нашу каюту. Я даже восторженно поведал молодому стюарду, который помог с багажом, о своих планах сыграть свадьбу на борту корабля, и он заверил меня, что капитан будет только рад. Потом я выпил кофе и вышел на палубу в ожидании Элле.

У края воды собралась громадная толпа. Люди с явной неохотой расставались со своими любимыми и близкими, которые уплывали в Австралию. Боль человеческой разлуки ощущалась почти физически, и я поблагодарил звезды за то, что уплываю с единственным членом семьи, который мне когда-либо понадобится.

Когда время приблизилось к половине десятого, я спустился по трапу туда, где мы собирались встретиться. Когда на моих часах было без двадцати десять, я начал беспокоиться, что Элле проспала. Я объяснил ситуацию стюарду, и тот заверил меня, что времени еще вполне достаточно, чтобы сбегать в гостиницу «Вояджер» и вернуться на борт до отплытия.