Книга Тайная красота, страница 80 – Люсинда Райли, Гарри Уиттакер

Майлз не ответил. Он просто уставился на нее своим странным взглядом.

— Лия, все в порядке?

К ней с озабоченным выражением лица бежал Бретт.

— Да, все в порядке благодаря Майлзу.

— Привет, Майлз. – Бретт протянул ему руку, и Майлз неохотно ее пожал. – А что ты тут делаешь? – с любопытством спросил Бретт.

— Работаю, – холодно ответил Майлз.

— Майлз – фотограф. Его работы всегда печатают в крупных газетах.

Лия не стала уточнять, что Майлз все время болтался у ночных клубов и ресторанов, чтобы подловить богатых и знаменитых, допускавших оплошность, и продавал снимки бульварной прессе на Флит-стрит.

— Я поймаю тебе такси, – предложил Майлз.

— Мне нужно найти маму. Она все еще в клубе.

— Я ее найду. Ты садись в машину.

Майлз остановил такси, открыл дверцу, потом исчез в клубе.

— До свидания, Лия. Увидимся в Нью-Йорке, – улыбнулся Бретт.

— Да, я буду ждать встречи.

Наступила неловкая пауза. Они стояли на тротуаре, напряженно глядя друг на друга. Бретт был готов ее обнять, но тут вернулся Майлз с миссис Томпсон.

Бретт торопливо чмокнул Лию в щеку, помахал на прощание изумленной Дорин и направился вниз по улице. Он решил пройтись пешком до небольшой отцовской квартиры в Найтсбридже, чтобы прохладный ночной воздух помог собраться с мыслями.

Они оба летели в Нью-Йорк. Это судьба. А что там за история с Карло? Не опоздал ли Бретт? Но все равно нужно было попробовать. Ему дали второй шанс. На этот раз он не ошибется.

Майлз тоже быстрым шагом направился домой, в крошечную съемную квартирку в Челси, думая о Лие. Вернувшись, он достал из кухонного шкафа недопитую бутылку виски и налил себе большой стакан, чтобы успокоиться.

Сегодня он еле сдержался, чтобы не свернуть шею этому ублюдку Карло. Неужели тот не понимал, что Лия особенная? Ее нужно холить и лелеять, а не обращаться с ней как с дешевой шлюхой. Допив виски, Майлз нашел ключ от тайной комнаты, отпер дверь и вошел.

Каждый сантиметр стены украшали снятые им фотографии Лии, которые охватывали большую часть ее жизни. Здесь был его храм.

Майлз встал в центре комнаты, глубоко вдохнул и медленно повернулся. Он дышал Лией, купался в ее неземной славе. Образ, как всегда, действовал успокаивающе. Через несколько минут Майлз вышел, запер за собой дверь и взял телефон. Он набрал номер, ответил женский голос. Немного поговорив, он повесил трубку, радуясь, что она живет неподалеку.

Он вытащил пленку из фотоаппаратов, как обычно положил в холодильник. И стал ждать.

Через десять минут раздался звонок в дверь, и Майлз впустил девушку. Без предварительных разговоров он повел ее в спальню, методично разделся, как и она. Потом выключил свет, оставив только тусклое сияние ночника рядом с постелью. Это был обычный ритуал. Девушка была готова и вытянула в ожидании длинные ноги.

Эта продержалась дольше остальных шлюх. Она принимала его грубые игры, подчинялась необычным требованиям, и вдобавок у нее были длинные рыжеватые волосы. В полутьме, когда ее пряди частично закрывали лицо, он почти верил, что это Лия.

Майлз опустился на нее, наслаждаясь господством над женщиной. Он никогда их не целовал. Не считал любовью. Любил он только одну женщину. Девушка под ним извивалась и кричала от боли. Майлз получал от этого удовольствие.