Книга Тайная красота, страница 42 – Люсинда Райли, Гарри Уиттакер

— Я умею с ними ладить, – улыбнулся Стив. – Вообще-то я хотел спросить, Родди, не поможешь ли ты мне. Там за углом висит сделанный углем портрет сногсшибательной девушки. Ты не в курсе, кто это? Мадлен бы точно не отказалась ее заполучить.

— Боюсь, не помогу, – пожал плечами Родди. – А ты, Роуз?

— Я как раз в курсе. Но кто такая Мадлен? – с подозрением спросила она.

— Владелица крупнейшего модельного агентства в Лондоне, – пояснил Родди.

Роуз была заинтригована.

— Девушке на рисунке в конце месяца исполнится всего семнадцать и…

— Замечательно. В наши дни любят молоденьких.

— Зовут ее Лия Томпсон. Вообще-то, она дочь моей экономки.

— Настоящая Золушка, – ухмыльнулся Родди.

— Родди, если ты не возражаешь, завтра я приведу Мадлен, чтобы показать ей рисунок. Потом можно пригласить девушку в офис и…

— Минуточку, – перебила Роуз. – Бедная девочка живет в Йоркшире и готовится к сдаче выпускных экзаменов. Я не думаю, что родители разрешат ей уехать в Лондон.

— В таком случае Мадлен придется поехать в Йоркшир. Она очень хорошо умеет обращаться с трудными родителями, уверяю вас.

Роуз не сдавалась.

— Давайте на этом остановимся. Вы ничего не знаете о Лие, никогда не видели ее во плоти и…

Стив ее перебил.

— Если она наполовину такая миленькая, как на рисунке… Через пару лет она должна быть такой же высокой, как фотомодели Джерри и Мари. Вы ее видели, Роуз. Какого она роста?

Роуз вздохнула, зная, как загорятся глаза Стива, когда он услышит, что рост Лии уже почти метр восемьдесят. Она неохотно ответила на вопрос.

— Девушка становится все лучше и лучше, – засиял Стив. – Рад был вас увидеть после стольких лет. Надеюсь, вы простили мне тот снимок в Риджент-парке. С той фотографии в моей жизни произошел перелом. – Он повернулся к Родди. – Завтра я приведу Мадлен, чтобы показать рисунок, не возражаешь?

— Прекрасно, – ответил Родди. – Теперь смогу говорить, что не только вновь нашел величайшую художницу, но и помог начать блестящую карьеру юной модели.

Покидая галерею, Стив помахал им рукой. Родди обнял Роуз. Он дрожал от восторга.

— Ну что? Питер почти готов купить две картины, завтра вернется американец, чтобы присмотреться к «Свету моей жизни», и коллекционер из Парижа, который точно купит «Бурю». Милая, сегодня ты можешь сколотить целое состояние. Давай пообщаемся с публикой и посмотрим, не найдутся ли еще потенциальные покупатели. Еще не вечер, Роуз.

Пока Родди вел ее по все еще оживленной галерее, Роуз слегка улыбнулась. Она была рада, что вернулась.

— Что тут скажешь, дорогая? По-моему, это триумф. Роуз, ты вернулась.

Слушая его голос по телефону, Роуз представляла, как Родди расплывается в улыбке.

На следующий день после открытия выставки Роуз настояла на том, чтобы утренним поездом отправиться домой в Лидс. Она беспокоилась о Миранде и ребенке. Родди протестовал, говоря, что еще есть покупатели, с которыми он хотел бы ее познакомить, но Роуз не соглашалась.

Она сидела в студии в окружении воскресных газет, которые в разной степени – от похвалы до лести – освещали открытие ее выставки.

— Родди, огромное спасибо тебе за помощь.

— Не благодари, дорогая. Ты художница. Теперь ты можешь себе позволить купить новый холст и кисти. Мы продали шесть твоих работ за более чем приличную сумму в пятнадцать тысяч фунтов.