Книга Тайная красота, страница 182 – Люсинда Райли, Гарри Уиттакер

В кухне уже завтракали Миранда и Хлоя.

При виде Бретта лицо маленькой девочки просияло.

— Привет, дядя Бретт. Ты нарисовал еще картин?

Бретт кивнул. Когда они завтракали, его часто посещало ощущение дежавю. Миссис Томпсон хлопотала на кухне, а Бретт мысленно возвращался к тем каникулам, которые провел здесь. Столько времени прошло, столько воды утекло.

В кухню вошла Роуз.

— Доброе утро.

Вид у нее был измученный.

— Как спалось? – вежливо спросил Бретт.

— Плохо. В три часа ночи меня охватила паника насчет выставки в Нью-Йорке. Вскочила и пошла в студию.

— Роуз, скажу честно. Я понимаю, что ты раньше не выставлялась в Нью-Йорке, но твои работы великолепны, – успокоил ее Бретт.

— Спасибо, дорогой, но до выставки осталось меньше двух месяцев, а у меня четыре незавершенные картины.

— Мы полетим с тобой, чтобы поддержать тебя, мама, – нежно добавила Миранда.

— Я знаю, дорогая. Простите, что я нервничаю, но для меня очень важно, чтобы выставка прошла успешно.

— Все так и будет, вот увидишь. Пойдем, Хлоя. Пора одеваться, милая, – поторопила Миранда.

— Хорошо, мама.

Они вышли из комнаты.

— Миранда меня беспокоит, Бретт, – вздохнула Роуз. – У нее часто меняется настроение. Надеюсь, что поездка в Нью-Йорк ее развлечет, хотя у меня не будет много свободного времени, чтобы побыть с ними. Жаль, что они с Хлоей не смогут остаться со мной на месяц, но Хлоя должна вернуться в школу.

— Они прекрасно проведут время, не сомневаюсь. У папы великолепная квартира прямо в центре города. Он говорил, что на время вашего приезда отложит дела, чтобы показать Миранде и Хлое достопримечательности.

— Отлично, – улыбнулась Роуз.

Бретт поднялся.

— Пойду поработаю. Заглянешь ко мне в студию, когда освободишься? Я хочу тебе кое-что показать и поговорить.

— Конечно.

Роуз села за стол и зевнула. Если она полетит в Нью-Йорк, вернется ли домой? Она в этом сомневалась.

Лия слонялась по красивому солнечному саду, яростно срезая с розовых кустов засохшие цветы. Она посмотрела на часы. Десять минут одиннадцатого. Впереди целый день, вершиной которого будет бесконечный вечер напряженных разговоров за ужином, когда домой вернется Энтони. Ей самой не верилось в то, что она чувствовала. Ни малейшего проблеска интереса к чему бы то ни было. Она оцепенела, будто умерла.

Когда Лию вызвали в полицию, она показала порезанные страницы журналов, полученные по почте, но по-настоящему ничего не почувствовала. Она словно стала зрителем, наблюдавшим за ее жизнью на расстоянии. Она ничего не ощущала, когда осудили Карло, ее свидетельство лишь добавилось к отпечаткам пальцев, найденных в номере отеля, где жила Мария. В полиции предупредили, что, возможно, придется явиться в суд свидетелем обвинения, но Лия не хотела об этом думать.

Она уверилась, что больше не любит Энтони, хотя ей было больно видеть, как его ранят ее слова.

Уже больше трех месяцев они спали отдельно. Мысль о сексе с ним вызывала у нее отвращение, напоминая о ее несостоятельности и смерти троих детей. Она знала, что продолжать попытки родить ребенка бессмысленно, и решила остановиться.

Она задумывалась, не завел ли Энтони роман. Почему бы и нет? С его стороны было бы естественно искать утешения с другой женщиной, но он не задерживался и постоянно звонил ей, когда уезжал в командировку. Вообще, хорошо бы он нашел себе кого-нибудь другого. Она бы избавилась от чувства вины. Ей хотелось, чтобы он сердился, как в тот раз в Вудстоке, когда он на нее набросился, но он безропотно смирился с ее отношением.