Книга Последняя песня о любви, страница 35 – Люсинда Райли, Гарри Уиттакер

— Конечно.

— Прежде всего помните, что вы не в школе. Мне и другим преподавателям здесь платят сами студенты. Сколько и как вы выполняете работу – ваше дело. Нам платят за обучение, советы и помощь. Поэтому все комментарии с моей стороны – всего лишь конструктивная критика, чтобы помочь вам приобрести квалификацию, за которую вы заплатили. Вы меня понимаете?

— Да.

Опять то же самое, только выраженное другими словами, как бы он ни старался это подать. Смысл не меняется – ее работа никуда не годится.

— Хелен, в некоторых местах ваша письменная работа ужасна, – засмеялся он.

Хелен заметно отшатнулась.

— Но задания с числами, откровенно говоря, выполнены просто великолепно. Вы самая сообразительная в группе.

Хелен озадаченно посмотрела на него.

— Хелен, а вы читаете книги?

— Иногда. Я… – Она покачала головой. – Нет, не читаю.

— Почему?

— Потому что…

Она сложила руки.

— Потому что вы не понимаете слова на странице?

— Да, – призналась она и залилась слезами.

— Ладно, ладно. Держите.

Тони Брайант подал ей носовой платок.

— Спасибо.

Хелен громко высморкалась.

— Я стараюсь, мистер Брайант, правда стараюсь. Просто я тупая, с этим ничего не поделаешь.

Тони Брайант покачал головой.

— Это вам школьные учителя вбили в голову такую чушь? И вы поверили?

— А вы не верите? – фыркнула она.

— Боже, нет, конечно. Я проверяю ваши домашние задания почти два месяца. Ваше письмо совершенно неразборчиво… И все же я не исправил ни единой задачи. Из этого следует, что у вас математический склад ума. И я полагаю, что вы вовсе не глупая. Далеко не глупая.

Хелен вслушивалась в каждое его слово.

— Однако все это наводит меня на мысль, что существует проблема, срочно требующая внимания.

— Какая проблема?

— Хелен, вы когда-нибудь слышали о дислексии?

Хелен покачала головой.

— Так называется трудность в обучении, когда человек не понимает слова на странице.

— Ой, это очень похоже на меня.

Тони поднял руки.

— Ну я не специалист, но у меня были студенты с подобной проблемой. Им поставили диагноз «дислексия».

В голове у Хелен блеснул лучик надежды.

— Вы… вы правда считаете, что это мой случай?

— Да. Я бы посоветовал вам проконсультироваться у моего знакомого. Он сможет точно сказать, прав ли я. Единственное… его консультации недешевы.

— Деньги не проблема, – быстро ответила Хелен.

— Хорошо. – Он написал имя и адрес на листке. – Доктор Аллен принимает на Харли-стрит. Я не знаю наизусть его номер телефона, но почему бы вам не зайти туда сегодня по пути домой? Отсюда всего десять минут ходьбы. Его секретарь запишет вас на прием.

Тони Брайант улыбнулся. Хелен начала понимать, почему девушки из ее группы находят его очень привлекательным.

— Спасибо.

Она взяла листок бумаги и опустила его в карман куртки.

— Не благодарите меня, Хелен. Надеюсь, я не ошибся. Жаль только, что никто не заметил этого раньше. – Он тепло улыбнулся ей. – Вам, наверное, было очень трудно.

Хелен сглотнула комок в горле.

— Да, очень.

— Ну что же. – Он поднялся. – Пора идти. Есть какие-то приятные планы на выходные?

— Нет, я…

— Ладно, ладно. Потом дайте мне знать, как пройдет встреча с доктором Алленом.

— Обязательно.

Махнув рукой, он спустился по лестнице и исчез.

Только минут пятнадцать спустя Хелен пришла в себя, вышла из школы на Бейкер-стрит и направилась на Харли-стрит.