Книга Последняя песня о любви, страница 170 – Люсинда Райли, Гарри Уиттакер

Хелен встала.

Женщина вручила ей адрес, написанный на листке бумаги.

— Передайте ей привет от меня, когда увидитесь. За столько лет я к ней привязалась. Глядя на нее, никогда не подумаешь… да… какая трагедия. До свидания, дорогая.

Хелен остановилась у придорожного кафе, чтобы перекусить и обдумать разговор. Она купила газету и листала ее, жуя сэндвич с мягким сыром и листьями салата.

«Подготовка к завтрашнему концерту идет полным ходом, – докладывают организаторы. – С каждым часом число желающих выступить в помощь Африке растет. Конечно, такое количество суперзвезд под одной крышей для охраны – сущий кошмар, особенно если представить, что Кон Дейли, вернувшийся, как сообщалось вчера, из добровольной ссылки, получил новое письмо с угрозой расправы. «Возможно, это проделки безобидного чудака, но мы воспринимаем угрозу серьезно, поскольку мистеру Дейли угрожали и раньше», – заявил представитель Скотланд-Ярда. Хочу предупредить всех, кто намерен любым способом помешать благородной миссии, что меры безопасности на этот раз будут жестче, чем когда-либо».

Хелен похолодела.

— О боже.

Она сглотнула.

* * *

— Проверка, проверка, раз, два, три, четыре, пять, мама, папа, жаба, цап, – бубнил голос в огромных громкоговорителях, когда Джонни, один из организаторов концерта, привел музыкантов «Фишермен» на широкую сцену «Уэмбли».

— Значит, так, парни: пока вы расставите инструменты и все необходимое, Тина выступает на авансцене. Когда она допоет, вы, в полной темноте, выйдете на свои места. Под громкую барабанную дробь я объявлю о вашем появлении, после чего сцена автоматически двинется вперед. Когда публика в конце концов успокоится – по нашим расчетам, минут через десять, – начнете выступление вы. Пока нет возражений? Кон?

Кон стоял у переднего края сцены и смотрел на стадион.

— Нет.

— В конце выступления тебя, Кон, осветит луч прожектора. Ты начнешь первый куплет Losing You, а мы соберем всех участников на заднем плане. Они выйдут и присоединятся к тебе в последнем куплете. Будьте готовы по крайней мере к трем вызовам на бис. Никто не захочет, чтобы концерт закончился. В конце концов мы завершим его, переключившись на спутниковую трансляцию из Нью-Йорка. Хорошо? – Все кивнули. – Ладно. Теперь о репетиции. Для вас она в три часа. Я могу дать вам только сорок пять минут. У нас тридцать групп, всем нужно дать время. Вам я выделил на пятнадцать минут больше, чем остальным.

— Этого достаточно, Джонни, – сказал Тодд.

— Хорошо. Теперь извините, у меня еще куча дел. Хотите, погуляйте здесь. Вон там можно попить чай, кофе.

Джонни махнул рукой и направился через сцену.

— Чем вы хотите заняться? – спросил Фредди. – Пойти пообедать? До репетиции еще два часа.

— Мой живот командует, что нужно заправиться, – заявил Иан. – Неподалеку есть хороший индийский ресторан. Там готовят приличное овощное карри.

— Прекрасно, – ответил Фредди.

— Боже мой, он стал гурманом, – шепнул Тодд Кону, выходя со сцены.

— Дерек Лонгторн, вас просят к телефону, – пророкотал голос из динамика.

— Сюда, пожалуйста, мистер Лонгторн.

На сцене появилась помощница.

— Догонишь нас в «Бомбей-Палас», Дерек, – сказал Фредди.

— Хорошо.

Через пятнадцать минут в индийский ресторан практически вприпрыжку прибежал Дерек и сел рядом с Тоддом.