Книга Раздевайтесь, вы приняты, страница 47 – Саяна Горская

Олень­ки за сто­лом по­ка нет, по­это­му сту­чу и за­хо­жу са­ма.

Иван си­дит за ком­пью­те­ром и раз­го­ва­ри­ва­ет по те­ле­фо­ну. За­ме­тив ме­ня, он по­ка­зы­ва­ет паль­цем на крес­ло.

— Да, я по­нял, я поз­же те­бе на­бе­ру. Ко мне при­шли. О, очень важ­ное. Воз­мож­но, это во­прос жиз­ни и смер­ти, — вни­ма­тель­но вгля­ды­ва­ет­ся в моё ли­цо. — Ско­рее, смер­ти. Всё, бы­вай.

Он сбра­сы­ва­ет зво­нок и за­ки­ды­ва­ет ру­ки за го­ло­ву, по­тя­ги­ва­ясь.

— Ну, Кра­са­ви­на, с чем по­жа­ло­ва­ла?

— Я бы хо­те­ла…

— Иван Ан­дре­евич! — Рез­ко рас­па­хи­ва­ет­ся дверь ка­би­не­та. На по­ро­ге сто­ит муж­чи­на, ко­то­ро­го я уже ви­де­ла в офи­се. В ру­ке он су­до­рож­но сжи­ма­ет мо­биль­ный.

— Се­рёж, что слу­чи­лось? — На­пря­га­ет­ся Ца­рен­ко. Рас­слаб­лен­ность ухо­дит из его по­зы.

— Же­на ро­жа­ет!

— Так. А ты по­че­му здесь? Где же­на?

— В род­до­ме уже. Я сей­час... я про­сто хо­тел ска­зать, что уй­ду, у ме­ня там чер­те­жи по За­реч­ной, я по­чти за­кон­чил, мо­гу ве­че­ром...

— Сер­гей, у те­бя же­на ро­жа­ет. Ка­кой, к чёр­ту, ве­чер?

— Но сро­ки...

— Дед­лайн до кон­ца сле­ду­ю­щей неде­ли. Ва­ли от­сю­да.

Сер­гей всё ещё сто­ит в две­рях, слов­но не до кон­ца ве­рит, что его дей­стви­тель­но от­пус­ка­ют.

— Я то­гда… это… по­еду?

— Тач­ка-то на хо­ду у те­бя уже?

— Да ещё нет, в сер­ви­се. Там тор­мо­за…

Ца­рен­ко вы­тас­ки­ва­ет из кар­ма­на клю­чи и бро­са­ет ему. Сер­гей ло­вит на ле­ту.

— Возь­ми мою. Ле­ти к сво­ей су­пру­ге.

— Иван Ан­дре­евич, да я так­си вы­зо­ву.

— По­ка оно при­е­дет, твой ре­бё­нок шко­лу за­кон­чит.

— Но...

— Всё, Бель­ский, ва­ли. Бы­ст­ро!

Сер­гей рас­те­рян­но сме­ёт­ся, рас­ти­рая вспо­тев­ший лоб.

— Спа­си­бо.

— По­том спа­си­бо ска­жешь. И на­пи­ши, как всё прой­дёт.

Сер­гей ис­че­за­ет за две­рью.

Иван несколь­ко се­кунд смот­рит ему вслед, по­том сно­ва бе­рёт те­ле­фон.

— Мак­сим? За­реч­ную у Се­рё­ги за­бе­ри. Да, всю. У него же­на ро­жа­ет. Нет, се­го­дня не дёр­га­ем во­об­ще. Ес­ли что го­рит, го­рит у те­бя. Всё.

От­клю­ча­ет­ся. И толь­ко те­перь пе­ре­во­дит взгляд на ме­ня.

— Так, те­перь мож­но за­нять­ся дей­стви­тель­но важ­ным. Ты при­нес­ла мне усло­вия ка­пи­ту­ля­ции?

— Со­гла­ше­ния, во­об­ще-то, но… да, — кла­ду пап­ку пе­ред Ива­ном.

Иван бе­рёт ли­сты дву­мя паль­ца­ми, чи­та­ет.

Улы­ба­ет­ся всё ши­ре, а за­тем и во­все от­кро­вен­но ве­се­лит­ся.

— Очень увле­ка­тель­но, Кра­са­ви­на. Очень! «Срок со­гла­ше­ния один ме­сяц с воз­мож­но­стью про­дле­ния ис­клю­чи­тель­но по обо­юд­но­му со­гла­сию сто­рон». Се­рьёз­но?

— Аб­со­лют­но.

— «Все сов­мест­ные ме­ро­при­я­тия со­гла­со­вы­ва­ют­ся ми­ни­мум за сут­ки». Лад­но, спра­вед­ли­во. «Фи­зи­че­ский кон­такт до­пус­ка­ет­ся ис­клю­чи­тель­но в объ­ё­ме, необ­хо­ди­мом для под­дер­жа­ния ле­ген­ды». — Он оста­нав­ли­ва­ет­ся. Под­ни­ма­ет на ме­ня гла­за. — Очень рас­плыв­ча­то. Что за необ­хо­ди­мый объ­ём?

— Об­нять. Взять за ру­ку. Мо­жет быть, при­об­нять за та­лию, ес­ли ря­дом Ари­на.

— Очень щед­ро.

— Не нра­вит­ся, ищи дру­гую неве­сту.

— Не хо­чу дру­гую. Мне ка­жет­ся, я со­вер­шен­но яс­но дал по­нять, что хо­чу толь­ко те­бя.

Иван по­сы­ла­ет мне воз­душ­ный по­це­луй и сно­ва опус­ка­ет взгляд к мо­е­му мно­го­стра­даль­но­му спис­ку усло­вий, за­дер­жи­ва­ет­ся на по­след­нем пунк­те и под­ни­ма­ет бро­ви.