Книга Раздевайтесь, вы приняты, страница 108 – Саяна Горская

— По­то­му что имею на это та­кое же пра­во, как и ты.

— Ты дол­жен был ме­ня пре­ду­пре­дить!

— По­че­му? Ты пре­ду­пре­жда­ла ме­ня, ко­гда тас­ка­ла ре­бён­ка по му­жи­кам?

Паль­цы силь­нее сжи­ма­ют те­ле­фон.

— При­ве­зи её об­рат­но.

— Нет, Марь. Ва­рю­ша се­го­дня с па­пой, — слы­шу в его го­ло­се мерз­кую улыб­ку.

— Ро­ман, это не иг­ра. Ва­ря долж­на быть до­ма!

— Она и есть до­ма! — По­вы­ша­ет он тон. — Ви­дит Бог, я пы­тал­ся до­го­во­рить­ся по-хо­ро­ше­му. Столь­ко по­пы­ток пред­при­нял. Я дал те­бе вре­мя оду­мать­ся, пред­ла­гал вер­нуть­ся, пред­ла­гал спо­кой­но ре­шить во­прос с Ва­рей. Но ты, ви­ди­мо, ре­ши­ла, что те­перь у те­бя за спи­ной по­яви­лась тя­жё­лая ар­тил­ле­рия и мож­но объ­яв­лять вой­ну.

Во­об­ще не по­ни­маю, о чём идёт речь…

— Что?

Ро­ман усме­ха­ет­ся.

— Не изоб­ра­жай удив­ле­ние. Твой Ва­неч­ка очень до­ход­чи­во объ­яс­нил мне но­вую рас­ста­нов­ку сил.

— Ва­ня? — По­вто­ряю неме­ю­щи­ми гу­ба­ми.

— Да, Ва­ня. Очень са­мо­уве­рен­ный че­ло­век, на­до при­знать. Но те­перь мне хо­тя бы по­нят­но, где вы но­че­ва­ли.

— Что Иван ска­зал те­бе?

— Мно­го ин­те­рес­но­го. На­при­мер, что ты его неве­ста. Что ско­ро ста­нешь же­ной. Что мои воз­мож­но­сти боль­ше не име­ют зна­че­ния, по­то­му что те­перь за то­бой сто­ят его день­ги, свя­зи и юри­сты.

— Ты встре­чал­ся с ним?

— Он сам на­зна­чил мне встре­чу.

За­кры­ваю гла­за.

Вот, зна­чит, как…

По­ка я убеж­да­ла се­бя, что он дей­стви­тель­но спо­со­бен ува­жать мои ре­ше­ния и гра­ни­цы, Иван уже успел до­го­во­рить­ся с со­бой, что моё «не вме­ши­вай­ся» озна­ча­ет что-ни­будь дру­гое.

— Ро­ман, при­ве­зи Ва­рю. Про­шу те­бя.

— Нет.

— Я сей­час при­еду са­ма.

— Ку­да? Ку­да ты при­е­дешь?

Мол­чу.

— Вот имен­но, — про­из­но­сит Ро­ман. — В этот раз пра­ви­ла уста­нав­ли­ваю я.

— Не втя­ги­вай ре­бён­ка в на­ши раз­бор­ки.

— Это уже не про­сто раз­бор­ки. Раз ты ре­ши­ла при­ве­сти в на­шу се­мью но­во­го муж­чи­ну и с его по­мо­щью дик­то­вать мне усло­вия, при­дёт­ся ре­шать во­прос офи­ци­аль­но.

— Ка­кой во­прос?

— С кем бу­дет жить Ва­ря.

Хо­лод рас­пол­за­ет­ся от за­тыл­ка вниз. Не­ме­ют ру­ки, паль­цы. Я не чув­ствую ног и лишь бо­юсь, что ко­ле­ни вот-вот по­до­гнут­ся.

— Не смей угро­жать мне до­че­рью.

Не­сколь­ко се­кунд слы­шу толь­ко ды­ха­ние.

— Я хо­тел по-хо­ро­ше­му. Прав­да, хо­тел, — ти­хо го­во­рит Ро­ман с нот­кой фаль­ши­во­го со­жа­ле­ния. — Но ес­ли вы ре­ши­ли, что это вой­на, зна­чит, бу­дет вой­на. Я най­ду луч­ших ад­во­ка­тов, под­ни­му всё, что по­тре­бу­ет­ся, и до­бьюсь то­го, что­бы Ва­ря жи­ла со мной.

— Ты не по­сме­ешь…

— По­че­му? По­то­му что Ца­рен­ко за­пре­тил?

— По­то­му что я её мать!

— А я отец. И в от­ли­чие от те­бя мо­гу обес­пе­чить ре­бён­ку при­выч­ный уро­вень жиз­ни.

Вот за­чем он за­брал Ва­рю.

Не по­то­му, что со­ску­чил­ся. Не по­то­му, что за­хо­тел про­ве­сти ве­чер с до­че­рью.

По­ка­зать, что мо­жет про­тя­нуть ру­ку и за­брать са­мое до­ро­гое, ес­ли я не со­гла­шусь иг­рать по его пра­ви­лам.

— Дай мне по­го­во­рить с ней.

— Она сей­час за­ня­та.

— Ро­ман.

— Уви­дишь её зав­тра. Я при­ве­зу её утром. Пусть се­го­дня по­бу­дет с от­цом. А ты по­ка по­ду­май, как со­би­ра­ешь­ся рас­хлё­бы­вать ка­шу, ко­то­рую за­ва­рил твой ха­халь.