Книга Объект моей нежности, страница 16 – Алена Смирнова

— Нельзя, — нахмурилась Катя. — Но войти в положение мы всегда можем.

— Поняла, — кивнула я, напоминая себе хоть иногда держать язык за зубами.

— Так... О чем я? Ах да, план на ближайшие две недели, — продолжала Катя. — Сегодня знакомимся с агентством, командой, оборудованием и рабочим процессом. Посмотрите несколько съёмок, познакомитесь с фотографами. Задача — понять, как здесь всё устроено. А завтра первая практическая съёмка.

— Уже завтра? — захлопала глазами Саша.

— А ты рассчитывала месяц наблюдать из-за угла?

— Ну… хотя бы неделю, — смущённо улыбнулась она.

— Не успеем тогда, — твёрдо сказала Катя и снова уткнулась в экран, ведя по нему пальцем. — Программа следующая: будут две рекламные съёмки, одна семейная, тестовая предметка и в конце следующей недели — свадебная съёмка.

Слово «свадебная» прозвучало для меня, как музыка.

— Вы будете работать как в командах, так и по отдельности. Ровно через две недели руководство решит, кого оставить.

Я кивнула, стараясь выглядеть спокойно и не показывать своим видом, как сильно я боюсь облажаться!

— Есть вопросы?

— Пока нет, — ответили мы практически в голос.

— Отлично. Тогда...

В этот момент в дверь переговорки осторожно постучали.

— Простите. Можно?

Голос показался мучительно знаком.

Я медленно оторвала голову от блокнота.

В дверях стоял парень.

Фиолетовая футболка.

Джинсы.

Темные кудрявые волосы.

И глаза, а это я уже знала точно, цвета тёмной карамели.

Тело пронзило ледяной волной. Выпрямившись, я развернулась к парню всем корпусом.

Сначала просто смотрела. Потом хмурилась. Затем удивлённо приподнимала брови.

Он же стоял, застывший в дверях, и всматривался в меня сквозь модную оправу чёрных очков абсолютно равнодушным взглядом, в котором читалось не столько узнавание, сколько превосходство.

Конечно. Он был готов к встрече.

В отличие от меня...

Я все уши ему прожужжала, пока мы гуляли, про эту стажировку. А он все время знал и молчал. Слушал мои рассказы о мечте, задавал вопросы, интересовался условиями отбора... и ни словом не обмолвился, что сам имеет к этому отношение.

Ах ты, кучерявый говнюк!

Здесь я отчетливо почувствовала, как пылают мои щеки, уши и задница, понимающая, что спокойно стажировка точно не пройдет.

Что ж, Вселенная, давай-ка выйдем. Есть очень и очень серьёзный разговор...

Катя продолжала посвящать нас в детали нашей работы, я же пребывала в каком-то вакууме.

Казалось, что меня накрыло новой похмельной волной, неся в себе всё веселье пятницы, весь стыд субботы и весь ужас понедельника!

Я честно старалась слушать наставления нашей прекрасной ассистентки, да вот только... Вот только взгляд мой то и дело возвращался к кучерявому поганцу, сидящему по диагонали от меня.

Спокойно сидел. Без суеты. Без нервов. Как человек, у которого всё под контролем. Каждая минута, каждый взгляд, каждая эмоция.

И сегодня Робин-Бобин выглядел шикарно. В пятницу его украшали усталость и сонливость, однако это не помешало ему кутить со мной до утра. Ну или до того момента, пока моя память не решила отправиться спать раньше меня.

Сейчас же Роберт сидел заметно отдохнувшим, свежим и... самоуверенным. Плечи были расслаблены, одна рука лежала на столе и тихонько постукивала указательным пальцем, пока я пыталась испариться сквозь стену. Он внимательно следил за каждым Катиным словом и ни разу не взглянул в мою сторону, по крайней мере, я не заметила. И это было так... Унизительно, что ли.