Книга За руку с ветром, страница 271 – Анна Джейн

— Понимаю, – произнес отстраненно Дэн.

— Рано или поздно ты бы вырос из Ромео. И еще, Денис. Любовь сильнее смерти, – вдруг сказала Князева. – Понимай, как знаешь. Любовь дает силы жить, бороться, а не заставляет… хотеть… уйти, – с трудом договорила она.

Несколько минут и парень, и девушка молчали. И тишину опять разрушил голос Князевой:

— Одна девушка за тебя борется. Эта твоя Маша. Она мне не особо нравится, но… Она тебя любит. Дурацкое слово – любовь, да? – горько усмехнулась Оля. – И она должна знать, что она главная в твоем сердце.

— Не главная, единственная, – тихо поправил ее Дэн, о чем-то крепко задумавшийся. Под глазами его залегли тени и он казался старше.

— Да, ты прав. Прошлое – это прошлое. А настоящее – это уже совсем другая история. Я хочу, чтобы моя сестра осталась в тебе. Но не в сердце, а в памяти, – коснулась Ольга кончиками длинных бледных пальцев своего виска. – Может быть, я покажусь тебе странной, но я хочу, чтобы ты это знал. А в сердце пусть будет твоя ненормальная Бурундукова. Ты знаешь, как она с ума сходит? Извинись перед ней.

Денис взлохматил волосы.

— Мне надо подумать. Уложить все в голове. – И почти час они молча сидели за столом. Ольга слушала уютное тиканье часов и шорох листвы, а Смерч – свои собственные мысли.

— На чем ты приехала? – вдруг спросил он. Оля от неожиданности вздрогнула.

— Такси заказывала. Оно еще ждет, мы с водителем договорились, – ответила Князева.

— Поехали обратно в город, Оля, – сказал Дэн и встал.

— Я… Я все сделала правильно? – подняла на него голубые тоскливые глаза девушка.

— Да. Ты все сделала правильно, – твердо ответил Смерч. – Я соберу вещи, и мы поедем. Ты не против?

— Я – за.

Вещи парень собрал и правда быстро, и вскоре они, закрыв опустевший дом, остановились у открытых ворот. Неподалеку от них стоял автомобиль.

— Хорошо, что ты приехала, – сказал Денис. И они обнялись – впервые за много лет, как брат и сестра.

— Надо просто жить, да? – спросила Ольга жалобно.

— Надо, – согласился Денис.

— Я не сделала хуже?

— Не сделала. Не сделала, – повторил он.

Они вдвоем вышли за ворота. Ветка вишни качнулась, словно кто-то затронул ее рукой. Ольге показалось, что на нее кто-то смотрит, и она оглянулась, но никого, конечно же, не увидела.

В город они направились по темноте и даже разговорились на отвлеченные темы, как будто и не было у них напряженной беседы в доме. Когда машина проезжала мимо мелкого, поросшего камышами озера, Ольге вдруг показалось, что на берегу его кто-то, облаченный в платье, нырнул в воду, и она резко обернулась.

— Ты чего? – удивленно спросил ее Смерч.

— Да так, показалось. Ты в этом озере плавал? – спросила девушка.

— Нет, в этом уже давно никто не купается. В другом.

Вскоре Ольга заснула, решив вдруг сходить обязательно на благотворительный бал, устраиваемый Даниилом Юрьевичем Смерчинским.

* * *

Мне было страшно слушать это только в начале, однако, как только Дэн заговорил, что-то во мне… Нет, не сломалось, а, напротив, сделалось вдруг совершенно цельным. Я слушала его, затаив дыхание, не замечая, как предательские слезы собираются в уголках глаз.

— Я рассказал тебе это, чтобы ты знала все. Я люблю тебя, Маша Бурундукова, – сказал Денис каким-то обыденным тоном, не торжественным, без пафоса или лишних эмоций. – Я много думал об этом. Не хочу, чтобы ты сравнивала себя с кем-то или думала совсем не о том. То, что было, со мной и останется, я никуда не денусь от этого. Из памяти складывается жизнь. И я не хочу отказываться от памяти, потому что я не хочу отказываться от жизни. Ты же понимаешь меня, Маша? То, что со мной произошло, сделал меня таким, какой я есть. Но мое будущее сделает меня другим. И я хочу, чтобы в этом будущем были и ты, и я. Ты слышишь меня? – требовательно спросил он.