Книга За руку с ветром, страница 159 – Анна Джейн

Ольга беззвучно засмеялась. Вот и выход из положения! А она так мучилась! Решение мгновенно пришло в ее голову.

Конечно, ее женское самолюбие в какой-то степени потерпело крах – ведь Ник так часто говорил, что без ума от нее, отвешивал изящные комплименты, дарил подарки и вообще делал для нее все, что она просила (даже не приставал ни разу все это время, потому как Ольга намекнула Никите, что не потерпит такого!). И, получается, врал. Но, с другой стороны, Оля чувствовала себя, как крестьянин Древней Руси, узнавший, что зловредное Иго больше не будет собирать с него непосильную дань.

Решение проблемы само собой пришло в светловолосую голову – словно кто-то шепнул его прямо Ольге в уши. Она, выдохнув, вышла из-за колонны, моля весь свой актерский дар о том, чтобы он помог верно и правдиво сыграть ей очередную роль. Наверное, одну из самых главных в ее жизни.

Никита, не отпуская плеч своей девушки, продолжал стоять в том же месте. Изредка он поглядывал на часы, словно что-то ждал. Его спутница в темно-синем платье молчала и с немым восхищением осматривала все вокруг. Кажется, в подобном месте она была впервые.

«Прости, девочка, но я должна буду это сделать», – подумала Ольга, сочувствуя незнакомке. И что она нашла в этом бандите? Неужто влюбилась? Или сама такая же? Но как бы там ни было, Ольга решила до последнего бороться за свое счастье – счастье с Димой. А для этого ей нужно было избавиться от Никиты, который мог все испортить.

* * *

«Мерзкий павлин, дерево разговаривающее», – сердилась про себя Ника, ступая на высоченных шпильках следом за Никитой. Сегодня он одет был в строгий вечно модный классический костюм-тройку и не походил внешне на наглого хама с бандитскими замашками. Напротив, он так преобразился, что казался интеллигентным симпатичным мальчиком с мажорскими замашками. Возможно, если бы Ника не знала истинное нутро Кларского, в этом элегантно-дорогом, но не кричащем обличие она приняла бы его за одного из лучших представителей сильного пола. По крайней мере, в радиусе пары километров. Но девушка прекрасно знала, что Никита собой представляет. Да, она до сих пор соблюдала условия их «контракта» – притворялась его девушкой. Ника понимала, зачем Укропу понадобился этакий цирк, и ее это невыносимо раздражало, но пойти на попятную она уже не могла. Ник бы не позволил этого сделать. Все-таки он был достаточно жестким мальчиком.

— Никит, можно чуть-чуть помедленнее? – взмолилась она, не поспевая за длинноногим парнем. Он, как и почти всегда, держал ее за руку. Чтобы точно было понятно, что они – пара.

— Одни проблемы, – процедил тот сквозь зубы, но шаг убавил.

Он в очередной раз заставил Нику пойти вместе с ним. Правда, не в клуб и не в идиотский бар, а в крутое местечко, на какой-то благотворительный вечер для богатеньких. Зачем им туда нужно было идти и как Никита достал пригласительные на это торжество, Ника понятия не имела. Лишние вопросы она ему старалась не задавать. Девушка поняла, что рядом с этим мрачным светловолосым типом лучше всего молчать, как бы сложно это ни было, и все, что она могла себе позволить – это шептать внутренним голосом посвященные Кларскому ехидства и проклятия, которые изредка складывались в ее голове в стихотворные формы. Например, в такие: «Наш Никитка злится, чтоб тебя, тупица!» или такие: «Как с тобой я уже заканалась, чтоб тебе ведьма в жены досталась». Иногда она строила в спину Нику злобные рожицы или показывала неприличные жесты – как тогда, когда высунулась в окно подъездного пролета. Однажды он едва не заметил один из таких характерных жестов, правда, Ника вовремя сделала вид, что чешет шею, и Никита, прищурено на нее посмотрев, отвернулся. Ей показалось, что его плечи дрогнули, словно он сдерживал смех, но девушка подумала, что, если бы Укропина реально увидел это, он бы ей вмазал, а не ржал.