Книга Запрети любить, страница 48 – Анна Джейн

— Иначе у тебя будут большие проблемы, — поддакнула ей высокая брюнетка с лицом профессиональной стервы.

— Очень большие. Больше, чем твоя подружка, — кивнула на Стешу блондинка. — Раза в три.

Стеша шумно сглотнула. Я скрестила руки на груди и склонила голову набок.

— Знаешь, зайка, я тебя не понимаю, — стараясь, чтобы мой тон был похож на ее тон, ответила я. — То ты говоришь, что Игнат выбрасывает телочек, вроде меня после того, как развлекся с ними один раз. То предупреждаешь, чтобы я держалась от него подальше, словно чего-то боишься. Ты уж определись, а? Неужели опасаешься, что я могу увести твоего невероятного парня?

На лице девушки появилось отвращение.

— Я не буду спорить с такой, как ты, или доказывать тебе что-то, — выплюнула она. — Просто помни — Игнат мой. И никакая тварь вроде тебя его не получит. Еще одна встреча с ним — и с тобой буду разговаривать не я, а мои друзья. Уяснила, книжный червь?

Девицы за ее спиной снова засмеялись. Кровь резко похолодела, и ударила мне в голову. Я была так зла, что даже дышать не могла нормально — с трудом получалось вдохнуть хотя бы немного воздуха.

— Слушайте, вы, отстаньте от моей подруги, — тихо сказала Стеша, став рядом со мной. Она чувствовала себя униженной, но не могла больше молчать. Видимо, пришла в себя. Стеша всегда остро чувствовала несправедливость.

— Танк, прежде чем выходить в общество и что-то кому-то говорить, похудей килограмм на сорок, — сказала брюнетка с издевкой, высокомерно поглядывая на полную Стешу. — Самой-то не противно?

— Ей точно не бывает противно, — засмеялась еще какая-то девушка из компании. — Даже сейчас жрет. — И она кивнула на пирожки, которые мы со Стешей купили в столовой.

Щеки подруги стали красными. Да как они смеют ее обижать?

— Еще одно слово в адрес моей подруги, и проблемы будут у тебя, — сказала я, глядя в глаза обидчицы, подведенные идеальными стрелочками. — Усекла?

Если честно, я блефовала. Знала, что никаких проблем я этим идиоткам доставить не смогу. Но разве могла я молчать, когда унижали моего близкого человека?!

— Какие проблемы? — хмыкнула блондинка. — Твоя подруга нас съест?

Снова хохот. Громкий и издевательский. Блондинка хохотала визгливо, стуча ладонью по бедру — шутка ей явно зашла.

— Я поговорю с Игнатом, и он рассердится, — наобум сказала я, и она тут же перестала смеяться. Кажется, я попала в яблочко.

— Что-что? — спросила она.

— Я пожалуюсь Игнату, — повторила я с нажимом. — Наверное, ему не понравится, что ты позоришь его. Какая беда.

И снова точно в цель! Глаза блондинки сузились.

— Я тебя предупредила, — прошипела она и помахала нам пальчиками с идеальным французским маникюром. Казалось, что в ней все такое — идеальное. Как будто отфотошопленное. — Бывай, книжный червь. И не давай пирожки подружке.

— А то лопнет, — хихикнула брюнетка. — Так что худей, свинья.

Стеша взглянула на нее исподлобья, и глаза за стеклами очков блеснули.

— Знаешь, а я ведьма. Похудею и тебе передам, — выдала подруга, словно невзначай покручивая широкий металлический браслет на запястье, на котором были выгравированы славянские руны. Она купила этот браслет на каком-то рынке, потому что он казался ей похожим на магический. Этот браслет Стеша описала в своей истории.