Книга Запрети любить, страница 29 – Анна Джейн

— Да, это он, — прошептала я, чувствуя, что сердце снова начинает биться чаще, чем должно.

Господи, мы завтра идем на настоящее свидание! Как бы дожить до встречи? И почему так безумно хочется оказаться рядом с ним и взять за руку — почувствовать сухую широкую ладонь в своих пальцах.

— Ты серьезно? — переспросила Стеша. На ее лице было написано недоверчивое изумление, словно она никак не могла поверить в услышанное.

— В смысле — серьезно? — не поняла я, наблюдая, как компания заходит за угол административного здания.

— Яр, это Игнат Елецкий, — тихо сказала Стеша, не отрывая взгляда от спин парней. — Игнат Елецкий, понимаешь?

Это прозвучало так, будто она говорила о каком-то демоне.

— Нет, не понимаю, — покачала я головой.

— Яра! Это тот самый Елецкий, про которого все говорят! Ты с Луны упала или с Марса?! Сын Елецкого! Нашего местного олигарха! Наш ректор его родственник, между прочим! Именно поэтому, когда Игната отправили из Англии в Россию, оставили в нашем универе! Учится на факультете международных отношений. Его считают типа крутым, — в голосе Стеши послышалась усмешка. — Золотая молодежь, все дела.

Я начала припоминать — в последние пару месяцев девчонки и правда болтали о каком-то Елецком с факультета международных отношений, который располагался в том же корпусе, что и факультет журналистики, только на других этажах. Но мне эта тема была неинтересна. О парнях я не думала, зато все мои мысли были о сюжете новой истории, которая крутилась в голове.

— Может быть, что-то слышала, — неопределенно ответила я, чувствуя себя дурочкой.

— Я тебя убью и меня оправдают! Ты столкнулась с ним в холле недели две назад, помнишь?! Он из-за тебя чуть телефон не уронил! — не унималась Стеша. — Господи, Яра, очнись!

Полузабытые воспоминания заставили меня нахмуриться. И правда что-то такое было.

— Не помню лица того парня, — покачала я головой. — Я в тот день линзы не надела, помнишь?

— Ты безнадежна, — простонала Стеша. — Хотя нет… Я не знаю, как ты сделала это, но если сам Елецкий запал на тебя, то это просто пушка-бомба! Девчонки с нашего факультета сойдут с ума! Ну а девчонки с междунардки тебя искать пойдут, чтобы прикончить. — Подруга хихикнула. — Нет, ну подумать только… Елецкий и ты! Боже, до меня только дошло, что ты целовалась с ним! Офигеть!

Стеша так восторгалась, словно я вытянула счастливый билет и выиграла миллион. И когда я сказала ей об этом, заявила:

— Так и есть, дурочка! Елецкий — это мечта.

Следующую пару мы прогуляли. Сидели в столовой, и Стеша на третий раз заставила меня пересказать все, что произошло. Для нее это было романтическое приключение, как в манхве, которые она читала запоем. Однако для меня общение с Игнатом стало чем-то особенным. Тем, чем я дорожила, будто редким драгоценным камнем. Я понимала, что все это странно — и поцелуй, и встреча. Но не могла отделаться от мыслей об Игнате.

Я впервые поняла, что такое хотеть человека.

Не только физиологически, когда от желания сводит живот, но и ментально, когда все мысли только о нем.

Как же все-таки жаль, что мы не обменялись номерами.

Когда я в очередной раз подумала об этом, сидя на семинаре, телефон завибрировал. Я машинально открыла новое сообщение и обомлела.

«Привет. Это Игнат. Глупо, но я уже скучаю».