Книга Разреши любить. Позволь мне быть рядом, страница 60 – Анна Джейн

Дрожащими пальцами Стеша набрала номер, указанный на визитке, и почти сразу захотела сбросить вызов, но не успела: на другом конце раздался приятный женский голос:

— Добрый день! Приемная психотерапевта Татьяны Ивановны Яровой. Чем могу помочь?

— Мне… Мне нужна ваша помощь, — едва слышно произнесла девушка, осознавая, как непривычно и в то же время освобождающе это прозвучало. Этот звонок стал поворотной точкой.

На первых сессиях она почти ничего не могла сказать. Едва начинала рассказывать о Ярославе — как воспоминания захлестывали ее и слезы подступали снова. Но Татьяна Ивановна была терпелива. Она объясняла Стеше, что утрата — это рана, которую нужно прочувствовать и пережить, даже если потребуется много времени. Она мягко помогала находить слова, учила говорить вслух о своей боли, вместо того чтобы носить ее в себе, как камень. А этой боли было безмерно много.

Стеша то обвиняла себя за глупые слова, брошенные Яре, за которые не успела извиниться, то злилась на жестокую несправедливость, что забрала такую молодую жизнь, а порой просто сидела молча, погруженная в свое горе. В эти моменты Татьяна Ивановна становилась девушке опорой, мягко побуждая ее излить свои душевные терзания, не давая им скопиться внутри. Тем самым вытягивала ее из мрака отчаяния, возвращая хотя бы на краткий миг к жизни.

Стеша отчаянно нуждавшаяся в поддержке, нашла ее в своем психотерапевте. Между ней и Татьяной Ивановной постепенно выстраивалась доверительная связь, но девушка никак не могла решиться рассказать о том, как справляется со своим горем вне стен кабинета. Признаться в том, что порой она совершенно теряет самоконтроль и объедается, казалось невозможным. Слишком часто она слышала в свой адрес насмешки и обвинения из-за недостатков фигуры, за неправильное питание, а потому привыкла стыдиться себя такой, какая она есть. Однако Стеша понимала, что так больше продолжаться не может. В какой-то момент она собрала всю свою решимость и, пусть сбивчиво, но все-таки рассказала психотерапевту правду. Она ждала осуждения и упреков, боялась услышать, что удержаться от лишнего кусочка — это просто, и, значит, с ней что-то не так. Но ответ Татьяны Ивановны ее ошеломил. Психотерапевт выслушала девушку внимательно, доброжелательно и постепенно, сеанс за сеансом, помогала Стефании выстраивать здоровые отношения с едой.

— Вы не чувствуете свое тело. В минуты, когда не знаете, что испытываете, вы действуете по привычке, чтобы заполнить внутреннюю пустоту едой, — мягко сказала она. — Чем лучше вы научитесь распознавать свои эмоции, Стефания, тем проще будет отличить истинное чувство голода от ложных импульсов.

Эти слова стали для Стеши своеобразной мантрой, которую она повторяла каждый день. Она даже сохранила в телефоне специальную табличку со списком эмоций, чтобы лучше осознавать, что происходит в ее душе в трудные моменты. Это было невероятно сложно, но Стеша хотела найти новые смыслы.

Ей пришлось научиться вести дневник питания, определять размер порции, не винить себя за срывы, если таковые случались. Постепенно она стала прислушиваться к себе, понимать, что ей на самом деле нужно. Одним из самых сложных этапов было избавиться от навязчивого контроля над весом, прекратить оценивать свои формы. Она не любила смотреть на себя в зеркало, раз за разом отмечая недостатки, но, выполняя упражнения психотерапевта, училась смотреть на свое отражение без оценок и с каждым разом чуть легче мирилась с тем, что видела. Работа над собой была нелегкой, и временами хотелось сдаться, но она все равно упорно двигалась вперед. В этот период большую поддержку ей оказывала сестра, покрыв часть расходов на терапию.