Книга Разреши любить. Позволь мне быть рядом, страница 219 – Анна Джейн

— Хочешь стать серьезной ученой дамой? — с интересом спросил он. — Будешь потом такая вся строгая, в очках, с пучком на голове, ставить бедным студентам двойки и отправлять их на пересдачу? — пытаясь оставаться серьезным, продолжил он.

— Игна-а-а-ат, ну почему ты так думаешь? Что не так? — Я сделала вид, что обиделась, и нахмурилась.

— Потому что представляю тебя в очках и с указкой, — подмигнул он.

Я рассмеялась. Он был просто невозможным. Но вдруг Игнат стал серьезным, улыбка исчезла с лица. Он остановился и взял меня за руку.

— Яра, я, наоборот, безумно рад, что ты определилась. Нашла себя. Нашла то, от чего глаза светятся. Тебе действительно пойдет быть учительницей, — мягко улыбнувшись, он коснулся моей щеки ладонью, провел по ней пальцами и обнял меня — крепко, надежно, так, будто этим объятием хотел защитить от любых проблем. Его рука скользнула по моим волосам, остановившись на талии, и я прижалась к нему сильнее.

— Я мечтаю, чтобы ты была счастлива во всем, — продолжал он. — И мечтаю о нас. О доме. И... да, о детях, которых ты мне подаришь.

Я замерла и чуть склонила голову, смущаясь от вспыхнувшей внутри нежности.

— Ты уже думаешь о детях? — тихо спросила я, чувствуя, как внутри меня разливается волна нежности к Игнату.

— Яся, я просто мечтаю о них, — голос его был неожиданно серьезным. Он взял мою ладонь, поднял к губам и легко коснулся ее тыльной стороны. — Хочу дочку. Такую же красивую, как ты.

— А может... мы чуть-чуть подождем? — улыбнулась я, заглядывая в его глаза.

— А это уж как получится, — смеясь, ответил Игнат. — Но, если что, я заодно и сына не против.

Я рассмеялась и, обхватив ладонями его лицо, поцеловала. Сначала легко, потом — чуть дольше, глубже. Игнат подхватил мой поцелуй, такой теплый и бережный, но с тем внутренним жаром, от которого сжималось сердце. В этом поцелуе были мы. И все, что ждало нас впереди.

Не знаю, сколько мы так стояли, словно растворившись друг в друге, не замечая ничего вокруг. А потом просто медленно пошли дальше, держась за руки. Свернули на боковую тропинку, ведущую к ресторану, где нас уже ждали мама и Костя. И в тот момент я вдруг отчетливо поняла: вот оно — счастье. Такое простое. Такое настоящее.

В машине, припаркованной недалеко от ресторана, сидела девушка в темных очках, скрывавших половину ее лица. Еще издали она заметила неспешно шагающую парочку, выходящую из сквера на неширокую улицу. Парень с девушкой остановились на светофоре. Автоледи сразу их узнала. Адреналин зашкаливал, отчего кровь ударила ей в голову. Молодые люди стояли на тротуаре и о чем-то мило беседовали. Было видно, что их тянет друг к другу, словно магнитом. Парень мягко, почти благоговейно обнял спутницу, а потом поцеловал. Она ответила ему тем же. Каждый их жест, от взгляда до прикосновения, кричал о взаимной влюбленности. Между ними искрило.

Девушка в машине смотрела на них и не могла отвести глаз. Ревность медленно расползалась по телу, будто яд, проникающий в каждую клеточку ее сознания. Она сделала все, чтобы их разлучить.

Или… почти все?

Может, именно в этом и была ее ошибка?

Она верила, искренне верила, что все, что случилось с ее отцом, — дело рук этих двоих, и в первую очередь этой «серой мышки». Отец — некогда могущественный человек, которого раньше все уважали и вместе с тем боялись, — теперь сидел в тюрьме. Семейный бизнес рухнул, как карточный домик. Мать потеряла свой пост, замкнулась в себе, перестала появляться в обществе. От женщины, которая когда-то блистала, осталась лишь тень. Ни друзей, ни статуса, ни уверенности в завтрашнем дне. А сама девушка… уехала за границу. Спряталась. Но ненадолго — пришлось вернуться, чтобы распродать остатки записанного на нее имущества.