Онлайн книга «Двойня для решалы»
|
— Почему-то я сомневаюсь. Ладно, идите работайте, Александра. Не волнуйтесь, доставим ваших… крошек, в целости и сохранности. Минуты через две мы подходим к входу в детский развлекательный центр. Странно, что девчонки вышли отсюда и их никто не задержал – тут и охранник, и администраторы. Хотя глядя на этих малых хорошо понимаю - если они чего-то сильно захотят - сделают! Опускаюсь на корточки, чтобы еще раз внимательно на них посмотреть. — Ну что, Лисица, Пинки пай? До встречи? — Меня зовут Алина, а ее Мила. Только мы с вами не встретимся. Папа не разрешает маме с чужими дядями ходить. — Это ваш папа правильно делает. Что же он сам за вами не следит? Сегодня вроде суббота? Работает? — Нет. Папа не работает. Он все время на рыбалку ездит. Или дома сидит и «телек» смотрит. И маму воспитывает. — Молчи, Милка. Нельзя такое рассказывать. Ну все, пока. — Пока. Улыбаюсь, пытаясь скрыть щемящую боль, сдавившую грудь. — Ой, незнакомец, а что это у тебя? – удивленно смотрит Пинки Пай. – родинка? У тебя тоже родинка? Там, под бородой? Родинка, да, это она точно заметила. Внимательная, славная малышка. — Родинка? Где родинка? — Ну, вот же, тут? Пинки Пай тычет пальчиком и тут же с визгом отпрыгивает, когда я в шутку пытаюсь этот пальчик откусить, а потом заливисто хохочет. А я… Поддаюсь необъяснимому порыву, обнимаю ее и тоже смеюсь, спиной чувствуя взгляд потрясенной Алёны. — Я тоже хочу потрогать родинку! – лисица, которую, кажется, зовут Мила. Поджимает губки, тянет палец, осторожно, быстро отдергивает, когда ей кажется, что я готов и его прикусить, остается серьезной, снова тянет, почти прикасается. Я делаю обманное движение ртом, но она успевает убрать руку и хитро улыбаясь показывает язык. — Не успел! Не успел! — Ладно, один ноль в твою пользу! — Нет! – это влезает Пинки Пай – Алина, – два ноль! Мы вдовём играем против тебя! — Не вдовём, а вдвоём, - поправляет лисица, - еще будем? — А как же ваш праздник? — Там скучно, там пригласили какую-то дурацкую Белоснежку, и конкурсы глупые. И торт невкусный. С мастикой. У нас мама печет вкусный. Да, я помню какой торт она печет. «Наполеон». Фирменный. И еще делает зефирный со сливками. И вообще… Готовит котёна пальчики оближешь. Я и не ожидал когда-то. Девчонка же совсем была… Девчонка, девчоночка… Ох, ты ж… ешки-матрешки. Была невинная, скромница, от которой с первого взгляда повело как мальчишку. А теперь вот… Куклы эти. И родинка. Мои ведь, куклы! Мои! К бабке гадалке не ходи! Почему котёна молчала? Неужели так люто возненавидела? И за что? Я ведь чист был перед ней. Не лгал никогда! И темных дел за мной не водилось! А что под следствие пошел, так это же чистой воды подстава была, и я Александре об этом докладывал! А она… — Милый, мы пойдем уже, а? детей довели как обещали? Время-деньги. Цигель-цигель, ай лю лю! Понимаю, что невеста моя нервничает. Но уходить пока рано, у меня еще есть тут дельце. Пинки пай смотрит на Алёну пристально, потом на меня. Прищуривается хитро – как же мне знаком этот взгляд! Пальчиком манит к себе, показывая, что что-то на ушко мне сказать хочет. — Что, принцесса? — Она у тебя заколдованная? – шепчет слишком громко. — Кто? — Ну, эта, девушка, - кивает на Алёну, шепчет еще громче. - она ведьма злая. А притворяется хорошей. |