Онлайн книга «Подкидыш для бывшего босса»
|
— Я куплю ей дом. И положу крупную сумму на счет. — Скажи, разве тебе когда-нибудь нужно было покупать мою любовь? — Твою? Нет, зачем? Ты… ты меня и так любишь? Ты ведь моя мама? — Не все мамы любят детей бескорыстно, увы. Но тут ты прав. Люблю. Просто так. Знаешь, когда мужчина пытается меня купить, даже если это очень хороший мужчина, даже если это мужчина, которому я могла бы дать шанс, я вычеркиваю его из жизни. Знаешь почему? — Почему? — Потому, что он может потребовать товар. — В смысле? — Он же купил? То есть, мужчина, делая женщине слишком дорогие подарки, в некоторых случаях, поступает так потому, что считает — женщину можно купить. Я подарил ей дом, поэтому могу пользоваться ее безраздельным вниманием. Я купил ей машину, за это она должна быть со мной поласковее. Кто девушку кормит, тот ее и танцует, знаешь такое выражение? — Ну… знаю… — Вот. Но… не все девушки хотят, чтобы их танцевали, потому что накормили. Не всем нужны машины, дома, даже цветы. — А что нужно? — А вот это ты должен сам понять, что нужно твоей Даше. Не кулончик с бриллиантом, точно. Это я тебе даю, скажем так, крохотную подсказку. Дальше думай сам, ты у меня мальчик умный. — Спасибо… на добром слове. Я растерянно моргаю, реально туго соображая, что делать. — Я заберу малышку, пусть поспит у меня. Вам есть о чем поговорить. Ну… и отдохнуть полезно, и тебе и Дарье. Так что… До утра я работаю бабушкой. Мама поднимается с кровати вместе с малышкой, берет соску, бутылку, памперс с пеленального столика и выходит. Так. Значит, не бриллианты? Спускаюсь вниз. В коридоре и гостиной полумрак. Свет выключен. Только уличные фонари дают отблески в зеркалах и на стенах. Цветов море. Я как на рынке, можно выбрать на любой вкус. В темноте ощущение, что я в джунглях — ароматы фантастические. Вижу нежные пионы, беру один, и как раз вижу свет фар. Даша приехала. На часах десять. Она заходит в дом, раздевается, включает свет, зовет Ольгу, потом, видимо, замечает цветы… ахает, проходит в гостиную. Наши взгляды встречаются. Неожиданно, меня переполняет такая нежность! И боль. Она такая уязвимая сейчас! Почему-то очень нежная, трогательная…Как тот пион, который я держу в руке. А она прижимает к себе букет от другого. Но меня это даже не злит — сам виноват. Протягиваю его ей. — Черкасов… Ты зачем?.. Зачем, если бы я сам знал? Несу какую-то чушь, про долги, про то, что все это время она была без цветов по моей вине. А сам смотрю на неё и думаю, где она с ним была? Что делала? Румянец на щеках такой яркий. А губы… О, нет, когда она раньше была со мной, её губы не оставались такими… аккуратными. Обычно, я зацеловывал их так, что они становились яркими, припухшими, сочными. И хотелось мучить их еще и еще… Она не целовалась с ним! Эта мысль приводит в восторг. А со мной? Со мной будет? Мучительно хочется проверить… — Ты сошёл с ума… — не знаю, зачем она это говорит, но это правда. Сошел. Не потому, что в квартире «миллион алых роз», а потому что тут, рядом — она. Моя девочка… Делаю шаг к ней, еще один, на автомате, глядя в глаза. — А где же Дариша? — голос Даши такой трепетно-взволнованный, и меня это странным образом окрыляет. — С бабушкой, я ее искупал, даже поспал с ней немного, потом мама ее забрала. Спят в гостевой спальне. В дальнем крыле. |