Онлайн книга «Красная Шапочка для Волковых»
|
Это только из-за него мне пришлось бежать! И всё то, что было с моряками — тоже из-за него! Да, пусть с ними я испытала оргазм, пусть мне было хорошо, и… да, пусть даже я поняла, что они мне оба очень нравятся, что я, наверное, даже их смогла бы полюбить, или уже полюбила, но… Но всё, что произошло было не правильно! Мне хотелось другого и ждала я другого! Любви ждала! А выходит, моя судьба — вот это расплывшееся старое чудовище? Он реально начинает расстегивать ширинку, а я едва могу подавить рвотный рефлекс. Нет, нет! Это… треш! — Что, куколка, испугалась? Не боись! Все будет хорошо… сейчас сделаешь дяденьке приятно… Опять чувствую как тошнота подкатывает, сглатываю. Я должна что-то сделать, обмануть… — Это… нельзя… я же… невинна…это… можно только после свадьбы. — Милая, свадьба уже завтра! Мы можем нарушить традицию, ты так не считаешь? — Нет, я… не могу. Нельзя! — Нельзя было сбегать от меня, солнышко. А сосать мне можно! Давай, не бойся. Просто как леденец, как чупа-чупс. Этот урод еще и издевается! Вижу, как его руки копошатся под жирным брюхом, а потом он достает… Фу… там реально чупа-чупс, не больше. К счастью, я понимаю, что надо делать. Вскрикиваю, и падаю на пол, изображая потерю сознания. Притворяюсь я шикарно, уверена, сам Станиславский бы закричал, что верит. Слышу как сдавленно ругается мой мучитель. — Вот, блядь… Говорил же её папаше, что надо воспитывать лучше, такую в ежовых рукавицах держать, ишь, распустилась… Слишком нежная. Ну, ничего. Сегодня ночью я на неё хорошенько покатаюсь. Твою мать… Его поганое дыхание совсем рядом, похлопывает мне по щекам, но я притворяюсь дальше и не подаю никаких признаков сознания. В итоге он отстраняется, отходит дальше. Приоткрываю ресницы, вижу, что Хрюнин стоит ко мне боком, по движениям рук понимаю, что он делает, и меня точно сейчас вырвет. Какая мерзость! — Эй, Галя, где ты там? Воды принеси, и что там надо… нашатырь, девка слишком “фрельная” оказалась. — Я тут, Владимир Павлович, вот вода. Нашатыря нет. — Ох, Галя… видишь, девчонка в несознанке, придется тебе отработать за неё. Ты ж меня всегда спасаешь, Галюся. — Да я то с радостью, Владимир Павлович, только таблеточки-то ваши закончились, а без них у вас давно не стоит, как не теребонькай. Я с утра в город поеду, в аптеку заскочу, куплю, потом и помилуемся. — Блядь, все против меня! Так, давай эту малахольную подними. Да в спальню еёйную отведи. Там где платье невесты. Пусть отдыхает. До завтра. — Хорошо… Володенька, всё сделаю. Только… ты уж меня после свадьбы-то не бросай… — На хер ты мне после свадьбы сдалась, старая вешалка? — Володенька! — И какой я тебе на хер Володенька? Соблюдай субординацию! — Владимир Павлович! Я… я… — Ладно, не реви, кошелка старая… — Я не старая, мне всего тридцать пять. — Сорокет тебе, что я не знаю? Не ной, сказал. Останешься. — Да еще… мне бы… на квартиру, Владимир Палыч, ипотека же… — Дам все, отвали, устал. Пить хочу. И пожрать принеси. Борща хочу с салом! Слышу звук удаляющихся шагов, потом чувствую запах приторных дешевых духов горничной. — Эй, девонька, ты как? Живая там? Вставай давай. Не бойся меня. Я тебе помогу. Я встаю, глазами хлопая и понимаю, что я её знаю! Она раньше жила в нашем поселке и с моей мамой дружила! |