Книга Развод. Ведьмы не стареют, страница 71 – Элен Блио

Я ни о чём не жалею.

Я буду счастлива.

Меня ждёт океан. Бирюзовая вода. Белый песок.

Перезагрузка...

И мужчина, который будет со мной...

Перевод с французского.

Нет! Ни о чем,

Нет, я не жалею ни о чём

Ни о добре, которое мне сделали,

Ни зле, мне все равно

38.

— У меня был экземпляр! Просто шедевр! Узнаю, что бухал с друзьями в сауне, ну, для них естественно, где сауна, там и девочки... Короче, изменил.

Сижу в ресторане отеля с новыми знакомыми, две подруги, летели вместе с нами в бизнесе, оказалось, что мы на один остров. Моего возраста, обе при деньгах, у одной сеть салонов красоты в Москве, у другой сеть автомастерских — да, да, ведьмы и этот бизнес у мужиков отжали.

Пьём шикарную пина коладу из кокосов, уже третью по счёту на каждую. Нам хорошо.

Дочь моя на дискотеке отрывается, а я отрываюсь с дамами.

Поговорили об отдыхе, об отеле, об острове, восхитились Мальдивами и сервисом, ну, потом, ожидаемо, разговор перешёл в самую интересную стадию.

Мы заговорили о мужиках.

Горячая блондинка Жанна продолжает:

— Я не просто уверена была — мне видос слили, как он красиво там с ней зажигал.

Причём, реально, просто в дупелину! В хламину!

— Такой пьяный был и у него всё работало? — задает вопрос жгучая брюнетка Леся.

— 0! Это у них с нами и пьяных не работаем Показательные выступления! —усмехается Жанна, - А с чужими... Это как в том анекдоте — Разуменко в неволе не размножается, слышали?

Мы переглядываемся, качаем головами в такт.

— Ой, старый, бородой! Ну, в общем, на приёме гинеколога. Одна беременная приходит, кто отец — Разуменко. Вторая — Разуменко. Третья — Разуменко. Приходит четвёртая — никак забеременеть не может. Доктор вызывает мужа, спрашивает – как фамилия. Он ей — Разуменко. Доктор — Николай Палыч, от вас три женщины беременны, а вы свою жену оплодотворить не можете? А он гордо - Разуменко в неволе не размножается!

Смеёмся. Да, на самом деле весело. После трёх пина колад. На острове.

Под звездным небом, с которого нам подмигивает веселый Орион. Еще где-то там Бетельгейзе... Рядом. Которая, возможно, уже миллион лет назад взорвалась, но до нас её взрыв еще не добрался.

Я немножко пьяненькая и мне хорошо.

Я абстрагировалась от всего.

Наслаждаюсь жизнью как могу.

НУ, пока вот так.

Интересно, вымерло бы человечество, если бы мужики не размножались в неволе?

Только вот большинство-то прекрасно размножается как в неволе, так и на воле.

— Ну в общем. Поняли да, про показательные выступления? Это у них с жёнами не работает «жужулик», а на стороне — прекрасно. Но не в этом суть. Слушайте отмазку.

— Внимательно!

— Я, значит, ему предъявляю, мол, так и так, Николаша, было? Он — было, говорит, но! Дальше — туши свет - дорогая, я не мог иначе!

— Как так?

— Я, говорит, так нажрался, что мне показалось, что я умираю, а ты знаешь, что по закону эволюции умирающий организм стремится разбросать своё семя, чтобы оставить потомство! Вот и я, говорит, решил.

— Семя разбросать?

— Ага, представляете?

— и?

— Разбросал. Сеятель...Через три месяца нарисовалась его русалочка из банного комплекса «Мойдодыр», Мойдодырочка, блин... с дырочками. И с животиком, которого «еще пока не видно, но он есть, он живой, я не могу его убить». Причём, она ко мне пришла, не к нему.