Онлайн книга «Он и Она»
|
— Наташка… как ты нас всех напугала! — Всех? — Меня. Я … я чуть не сдох вчера. Думал… если… ну, если с вами что-то страшное произойдет, то… — Что? — Не знаю. Ничего. Начинал думать и… какой-то блок в голове вставал! Убеждал себя, что плохого не будет и все. А сам… трясся как лист осиновый. Просто не мог остановиться. — Я люблю тебя, Андрей! — Я тоже тебя люблю. Знаешь я… Я это давно понял, но… вот вчера это просто было… Так больно. — Мне тоже было больно. — Да, извини… ты тут вся… а я… — Нет. Это больно, да, но это можно пережить. А когда ты целуешь другую, это… это пережить сложнее. — Я? Другую? Наташ, этого не было! — Я знаю! — И не будет! — Я надеюсь. — Ты мне не веришь? — Верю. И… хорошо, что ты не говоришь – это навсегда. Как у Жака Превера. Помнишь? — Твое любимое стихотворение? — Да, оно… — Я не скажу, что это навсегда, если ты не хочешь! — Я просто хочу, чтобы ты был рядом. — Я люблю тебя. — И я…Я знаю. Что бывает всякое. Но очень хочу верить, что мы… мы научились разговаривать друг с другом. Не молчать. И не верить другим. Он сидел у моего изголовья, взял мою ладонь, потом сплел наши пальцы. Поднес к губам и поцеловал мне руку. — Я хочу, чтобы ты улыбалась. Хочу видеть твои рыжие волосы на подушке. Хочу просыпаться и слышать твое дыхание. Хочу любить детей, которых ты мне родишь. Он был очень серьезным, и очень смешным. Только я не стала говорить, что он смешной, потому что он был очень любимый… Глава 50. — Папаша, переодевайтесь скорее! Мамочка вас ждет! — Да, да, сейчас… - да твою ж мать, как эту хрень на себя напялить? Я стоял в небольшой комнатке куда, по-видимому, заводили всех отцов, которые оказались настолько идиотами, что согласились прийти на роды. Нет, я себя идиотом не считал. Давно. И решение принял осознанно! И на курсы беременных отцов ходил – да-да, такие тоже есть! И на курсы просто беременных с феей тоже! И я знал, что меня ждет! От и до. Но это не точно. Теперь, когда я стоял и держал в руках какое-то рубище, которое должен был на себя натянуть, я думал о том, что скорее всего это таки идиотизм. Потому что я знал, что ей будет больно. Она отказалась от анестезии. И я знал, что мне тоже будет больно потому, что больно ей! И вообще… мало ли что может случиться, а тут я! Тут я беру и падаю в обморок – таких случаев дофига, когда молодые отцы, вроде бы спокойные, и готовые, раз – и в дамки. То есть на пол без признаков жизни! И врачам, которым надо за роженицей следить, приходится папашу откачивать! Роддом, в котором мы приняли решение рожать был в Москве. Куда-то ехать Наташе было нельзя, да и смысл? Я знал, что у нас есть прекрасные врачи, и оборудование есть на уровне, так что… Тот же Товий Сергеевич, который занимался Наташиной травмой помог и подсказал. И он же советовал мне не маяться дурью и посидеть в коридоре, пока моя фея будет «отмучиваться». А потом он же ухмыльнулся, и сказал: — А вообще, знаешь, Андрей Владимирович, ты мужик, и я тебе говорю – это самое прекрасное, что я видел в жизни. — Что именно? — Как моя жена мне девку родила. Это было настоящее чудо. И счастье. Я и сам роды принимал, на практике довелось пару раз, еще когда ординатором был. Это тоже чудо, да. Но когда твоя, любимая, такие страдания принимает для того, чтобы твоего ребенка в этот мир привести – это волшебно. |