Книга Ешь. Молись. Разводись, страница 4 – Элен Блио

— Как… какой развод? Кто разводится?

— Ну, не мосты же, Миля? — муж звал меня именно так, Миля, не Мила, не Милана, Миля… — Мы с тобой разводимся, дорогая, прости.

Сказал, и протянул букет моих любимых пионов.

Думал, что не получит по морде цветами только потому, что они мои любимые и стоят как крыло Боинга?

Нет. Извините.

Получил.

— Миля, ты с ума сошла?

Это я еще не сошла!

Сошла, когда швырнула в него хрустальную вазу.

— Дура, стой, коллекция!

Ваза была не из коллекции, а вот статуэтки, стоявшие рядом на полке — да.

И статуэтки я трогать не стала. А вот козла Олега — легко.

— Уймись, ты же культурная женщина, чёрт… Милана!

— Ты урод, Королькевич, урод моральный!

— Миль, я не урод, я просто мужчина, который встретил девушку, так бывает. Ну что ты? Останемся друзьями.

Друзьями! Врагами мы останемся, придурок! Врагами!

Потому что… нет, ладно бы у нас были проблемы какие-то, да?

Ну, не знаю… Я стала бы весить двести кило, не ухаживала бы за собой, за домом, распустилась, обабилась, превратилась бы в клушу.

Нет! Выгляжу я в свои тридцать семь так, что некоторые тридцатилетние на моём фоне кажутся тётками.

Я в принципе красивая, стройная, обаятельная, ухоженная, стараюсь одеваться модно и стильно. И женой я старалась быть хорошей. Помогала ему, поддерживала.

Да что там, первое время я его одевала — искала костюмы, рубашки, галстуки подбирала.

А когда у него были серьёзные проблемы, рейдеры, суды, он попал в больницу, счета заморозили — я семью обеспечивала, еще и за ним ухаживала.

Но всё это быстро забывается. Я понимаю.

— Миля, давай поговорим.

— Меня зовут Милана! И говорить мы будем в суде.

— Да, кстати, про суд…

Кстати, про суд — это он тогда красиво сказал.

Мчу по платной Ленинградке наслаждаясь пространством. Дети сидят в телефонах. Коржик шумно дышит, высунув язык.

Собаку он хотел себе забрать!

Ага, щаз-з!

А больше ты ничего не хотел?

Хотел, оказывается.

Всё хотел. Им с малышкой — блядь, он её называл малышкой, малышкой, блядь, просто нет слов, старый козёл! — удобно в загородном доме.

Еще бы им не было удобно! В трехэтажном загородном доме, с бассейном, в шикарном месте, рядом с рекой, яхт-клубом и гольф-клубом!

А то, что мне с детьми тоже там удобно — это его не колыхало!

— Ну и, квартира, Мил, ты же понимаешь…

И квартира его. Да. Даже долей детей там нет.

Не спрашивайте как. Так! Просто муж у меня оказался очень ушлый. А я и деть прописаны в старой трешке, оставшейся от моих бабушки и дедушки, где мы жили как раз в то время, когда у Олега были проблемы с бизнесом.

Зашибись.

Куплено в браке?

Забудьте эти слова, когда у вашего мужа есть бабло на адвоката.

Мне это дали понять очень хорошо.

Но я пока не готова сдаваться. Да и развод предстоит.

Пока меня только поставили перед фактом.

Я — выброшенная как ненужная тряпка.

Я — старая калоша, которую надо отправить на свалку.

Я — пройденный этап.

— Милана, да, у нас с тобой было много хорошего, я это ценю, ты была частью моей жизни, но у меня сейчас новый этап.

Новая блядь у тебя, Королькевич, а не этап!

Да, да, новая… даже не первая!

Он уже изменял мне. Это было тупо, но очень болезненно.

Я как раз ждала Маргариту. Седьмой месяц, большой живот, сама отёкшая, уставшая — тяжело её носила.