Книга Развод. Я календарь переверну, страница 67 – Элен Блио

Заседание через неделю. А потом...

«Я свободе-ен, словно птица в небесах..

Жаль, что я не увижу, как Макар это поёт, потому что у кого, у кого, а у него от свободы удовольствия будет мало.

Свобода у него, потому что, с привкусом а-а-агромной потери.

Нет, он может, конечно, оспорить мои имущественные притязания, только в этом случае реально будет хуже. Пока я на его стороне — он еще сможет более-менее оправиться. А вот если мы с Крестовским пустим в ход тяжелую артиллерию...

Причем моих активов и того, что я у Игнатова отжимаю удар не коснётся.

Всё-таки не зря я окончила в своё время экономический. Не зря.

— Карина, вы чего-то не поняли?

— Поняла. Сейчас. Пять минут.

— Молодец. И кофейку мне. Капучино, пожалуйста.

Карина молоток, не дура. Догадалась, что со мной в принципе лучше не ссорится.

Хотя какие уж тут ссоры, когда она под моего мужа легла?

Понимает, что дни её тут сочтены. Но одно дело быть уволенной с треском по статье, да с каким-нибудь волчьим билетом — а круги предпринимательские узкие, этому шепнул, тому сказал, тем сообщил, и на работу девушка Карина в приличное место больше не устроится. Другое дело — выполнять все указания нового шефа и смиренно просить о переводе в другой отдел. Думаю, секретарша моего Игнатова на это рассчитывает.

Что ж... если работает реально хорошо - зачем её, дуру, выгонять?

Ну, слаба на передок, повелась на просьбы и призывы начальства, что ж теперь, на всю жизнь клеймо ставить?

Правда, я бы ставила. Чтобы сучкам не повадно было.

Но теперь чего уж?

Кандидат на её место у меня есть. Одна из «бывших жён» в прошлом успешно работала личным помощником крупного чиновника, потом вышла замуж за этого чиновника, и он запретил ей работать. А потом изменил и подал на развод. А она осталась с детьми и без работы. Нет, алименты он, конечно, платит, но работа всё равно нужна. Потому что детям исполнится восемнадцать и алименты тю-тю, а у мужа уже новая молодая жена, которая не позволит бывшей тянуть из него бабки на содержание.

Пять минут, и Карина действительно приносит документы, кофе, а вместе с ними чёрт приносит и Макара.

Хотя, почему чёрт? Это же его рабочее место. Пока. И он обязан тут работать. Тоже пока.

— Ада? Всё-таки приехала?

— Я предупреждала.

— Хочешь сказать, что заняла мой кабинет?

— Я могу и в конференц-зале посидеть. Если я тебя напрягаю.

— Ты, напрягаешь? Сидишь за моим столом, в моём кресле... Нет, конечно, ты меня не напрягаешь, дорогая, работай. Тебе помочь?

— Когда у меня возникнут вопросы я тебе сообщу.

— Прекрасно.

Злится. Иглы ядовитые выпускает как дикобраз. Смешно. Знает же меня!

Прекрасно знает.

Знает, что вот так со мной нельзя. Опасно и бессмысленно.

Да, возможно в последние пару тройку лет я стала другой, более спокойной, мягкой, покладистой.

Мне казалось, я имею на это право.

Мне можно.

Нифига. Нельзя.

Нам, женщинам, оказывается, вообще нельзя расслабляться. Никак.

Обидно, да?

И хочется разорвать этот порочный круг.

Лечь на шезлонге с коктейлем и не думать, что на животе складки, на попе целлюлит, а на лице морщины.

Просто жить и радоваться.

Я и буду.

Точно буду.

У детей в начале октября будут каникулы, целая неделя, можно взять путевку, например в Тай, да, там еще не сезон, но погода может быть вполне благоприятная.