Книга Развод. Я календарь переверну, страница 3 – Элен Блио

Я беру. Просекко лишним не бывает. Делаю глоток. Терпкий кисловатый напиток бежит по гортани взрываясь внутри радостными фейерверками.

— Я попрошу чуть убрать свет, вот так. Внимание на экран.

Да, всё внимание на экран.

«Как костры горят обещанья...>

В моей голове всё еще поёт баритон. В первый раз думаю о том, какой он интересный мужчина, раньше казалось — слишком полный, старый, в какой-то степени фрик, а сейчас... Наверное хорошо иметь рядом с собой такого. И дура та, которая оставила его одного третьего сентября.

Что это, блин, старость что ли?

«И снова третье сентября...»

Улыбающийся Игнатов, такой молодой еще, веселый. На рыбалке. Раньше он это любил. Он же за рулем новенького автомобиля - это его первая хорошая иномарка, он доволен. Следующий кадр - мы вдвоём, я так мило выгляжу, еще совсем юная.

Наивная, хорошенькая, мечтательная. Дальше участок, на котором Макар собирается строить дом. Стройка. Всё это сопровождается текстом, написано с юмором, молодцы, друзья и коллеги, постарались. Дом, уже готовый, барбекю с соседями, мы, дети еще маленькие.

Дальше идёт видео. Макар на работе, какая-то стройка, он серьёзный, в каске.

«На фото я твоё взгляну,

И снова третье сентября...»

А дальше его кабинет. Стол. Женские ноги, грудь, стоны, крики, рычание Макара, пошлости, и мат, которыми он сопровождает соитие.

Шлепки тела по телу, влажные плюхи. Туда-сюда, туда-сюда.

В ресторане гробовая тишина.

«Ну почему, ну почему, расстаться всё же нам пришлось...»

Гости в ахуе. Макар тоже. Смотрит на экран раскрыв рот, как будто никогда не видел себя, занимающимся сексом со стороны.

Не так красиво, как хотелось бы, да? Не лысый из «Браззерс».

На экране более смелая версия Макара достаёт член, опуская тёлку, которую он трахает на пол. Прямо как в порно, по классике, начинает надрачивать и кончает ей на лицо.

«Как костры, горят обещанья

В день, когда я совсем один...»

Хорошо, что тут только взрослые.

Главное, никто не додумался выключить видео.

Ведь до конца досмотрели.

Уроды.

Финальный аккорд от меня.

Я красиво падаю в обморок.

Занавес.

«Я календарь переверну...»

2.

— Ада, что за цирк?

— Ты не охренел, Игнатов? Может, это мне у тебя спросить, что за цирк?

Мы в отдельной комнате, куда меня привели после представления с видео и обморока. Там началась суматоха, вопли, муж орал, как потерпевший. Чего орать?

Как будто не он кого-то на столе трахал, а его!

В одном мой муж прав. Цирк. Однозначно.

Может, не надо было в обморок падать?

Может...

— Ты... откуда я знал, что... какая-то мразь... я найду! Я не знаю, что я сделаю! —муж запускает пятерню в волосы, выглядит он, конечно, сильно охреневшим. Не ожидал.

— Кого найдешь? — спрашиваю спокойно, уже зная ответ.

— Того, кто это видео подсунул... Сука. Это точно Пашка Брюнчиков. Он! Скотина!

Потому что я его контракт увёл. Точно он.

Да уж, смешно.

— Игнатов, ты ничего не попутал?

— Чего? — муж смотрит на меня глаза выпучив.

Его бесит то, что он вынужден сейчас тут со мной находится. Но в то же время и уйти он не может.

Ему надо прощупать почву. Понять, устрою ли я разборки и скандал.

Как будто он меня не знает!

— Что я попутал?

— Берега, Макар. Берега! Виноват, извини, не тот, кто видео монтировал и вставил, а тот, кто трахал секретутку на своем столе. Нет, даже не так. Трахал, не задумываясь о том, что вашу случку могут снять на видео.