Книга Вальс с негодяем, страница 49 – Элен Блио

Наряд цыганки был ярким, пестрым. Ах, как здорово смотрелись бы эти широкие юбки, когда он кружил бы её в вальсе! И талия, вопреки моде, была так узко стянута бархатным корсетом, надетым поверх алой шелковой рубахи с длинными рукавами. Белла не стала надевать парик, хотя таковой имелся — как раз подходящий, из длинных и пышных черных локонов. Она распустила свои волосы, завязала их платком и приколола большую живую розу сбоку, над маленьким розовым ушком.

Обидно было то, что нога почти не болела и Белла даже смогла пройти несколько шагов в комнате, но о том, чтобы танцевать не могло быть и речи.

На бал-маскарад к маркизе стремились попасть многие. Сезон в Лондоне давно закончился, и представители высшего света скучали, особенно те, кто не находил удовлетворения в сельских радостях или охоте.

Бальная зала еле вмещала в себя всех желающих.

Изабелла сидела в уголке, недалеко от выхода на террасу, рядом с матронами, которые привезли молодых дебютанток, тех, что уже имели возможность показаться в сезоне и тех, кому еще только предстояло сделать это на будущий год. Маркиза с удовольствием допускала к себе юных леди, чтобы в начале сезона уже иметь представление о том, кто и в каком качестве появится в свете. Маркизу можно было понять, у неё были сыновья и несколько племянников, которых она планировала успешно и выгодно женить.

Баронесса Невилл передала своей    племяннице бокал с шампанским и приняла приглашение мистера Гарденера — они отправились танцевать контрданс.

Изабелла следила за тетушкой, с удовольствием отмечая блеск в глазах последней.

Неужели тетя Агата обратила внимание на мужчину? О, не просто обратила! Тут было гораздо большее! Белла была уверена, что тетушка, наконец, вновь откроет свое сердце для любви.

— Если бы я мог надеяться, что ваши вздохи имеют хоть какое-то отношение к моей скромной персоне, я стал бы, пожалуй, самым счастливым человеком в этом зале, а, может, и во всей Британии.

Изабелла повернула голову, даже не пытаясь скрыть свое возбуждение и радость. Это был он, и он был великолепен, девушка едва сумела сдержать новый вздох.

— Увы, мистер Суит, я вздыхаю не по вам…

Если бы это было правдой!

Красавчик стоял перед ней в костюме пирата — широкие шаровары заправлены в алые сапоги с длинными, закрученными носами, широкая же атласная белая рубаха, в рукава которой можно было легко обернуть хрупкую фигурку Изабеллы два, а то и три раза. Расшитый золотом бархатный жилет, цвета шоколада, обтягивающий его торс, как хорошая перчатка и позволявший понять, как сильно развиты мускулы его груди и спины. На голове его была залихватская треуголка, явно побывавшая в море не раз и не два, под ней красовался уже знакомый Белле алый платок, которым джентльмен повязывал голову, когда возводил мост. Маску Гэбриел надевать не стал, вместо этого скрыл часть лица, наклеив окладистую бороду. В довершение образа, один глаз его был закрыт круглой черной повязкой.

— Я ранен в самое сердце. Я так рассчитывал растопить лед ваших глаз с помощью карточных фокусов!

— Разве в моих глазах лед?

Ей казалось, что все её существо сейчас не то, что лед — расплавленное золото, медленно стекающее к его ногам.

— Дайте-ка посмотрю повнимательнее? О… Сегодня в них точно есть капелька бренди. Так по кому вы вздыхали?