Книга Мне все равно, страница 99 – Элен Блио

— София? Соня?

— Да.

— Здорово, мою сестру звали Соня.

— Звали? Умерла? – как-то она сразу в лоб спрашивает. Я понимаю, что для неё смерть – это не из ряда вон. Сталкивалась, явно.

Киваю. Она как-то грустно усмехается.

— А у нас вот мама… давно уже. И бабушка. Недавно. Арина, только одно пирожное!

— Три! – Арина смешная, тоже плохонько одета, но все хоть и скромное – чистое, аккуратное.

— Арина!

— Сонь, пусть выберет три. – это Да Винчи, - я же угощаю.

— Не нужно. Хватит одного.

— Сонь…

— Даня, пожалуйста… не надо, - голос у неё очень тихий, но такой… почему-то пробирает до самого нутра. – ей потом будет плохо.

— Хорошо. Но можно пирожное и что-то еще.

— Мы недавно обедали.

— Сонь… когда мы обедали? - делает бровки домиком смешная Арина…

Чёрт, почему-то так неловко. Эти девочки как будто из другого мира. Мы такие благополучные, заботимся только о том, как сдать несчастные экзамены, поступить, ссоримся, дерёмся, не задумываясь о последствиях, а тут они… И я понимаю, что они не живут, а… выживают. Это невооружённым глазом видно.

— Извините, нам не надо было приходить. – кажется, Соня заметила мой взгляд, я тушуюсь.

— Ты что, с ума сошла? Конечно надо! Нам вообще давно интересно кого Да Винчи от нас прячет.

— Да Винчи? Вы правда его зовёте Да Винчи? Я думала он шутит.

— А я тебе говорил, что не шучу. – Данила ставит перед ней огромную чашку ароматного кофе и меренговый рулет. – кушай, совсем худенькая, тебя рисовать даже страшно.

— Не рисуй, если страшно.

— Прости, ты… не поняла, страшно, что ты растаешь.

— Не растаю. Я живучая.

Тор кладет свою ладонь на мою, сжимает, двигается ближе, чувствую горячие кофейные губы у самого уха.

— Я так люблю тебя, Лерка. Ты мне нужна. Каждую минуту.

— А ты мне…

Мы целуемся, странно откровенно несмотря на то, что вокруг народ, наши друзья.

— Так, харе лобызаться, тут дети, между прочим! – это Коршун, блюститель нравственности, показываю ему язык.

— Не завидуй! – почему-то после этих моих слов краснеет Селена. И у Сони тоже щечки зарумянились. А её сестра уплетает тайно подставленное ей моим Тором второе пирожное…

Мы так хорошо сидим, что кажется, все проблемы испаряются, как пар, поднимающийся над чашками ароматного имбирного рафа.

Выходим из кафе, расходимся в разные стороны. Обнимаю на прощание Соню, говорю, что рада была познакомиться.

Потом донимаю Рому вопросами о том, кто эта Соня, где Да Винчи с ней познакомился. Ромка сам ничего не знает.

Мы долго целуемся в машине, так не хочется расставаться. Но у меня еще репетитор онлайн, да и с Анфисой тоже надо позаниматься. Мы пока тоже перешли на занятия в сети, потому что она сейчас в каком-то реабилитационном центре. Она не рассказывает ничего, Сашка тоже пока шифруется, но мне кажется, Анфиса все-таки решилась попробовать встать на ноги. Это очень круто, и я держу за неё кулачки.

У Ромки начались тренировки, он тоже почти все время занят. Но вечером обещает заскочить, хотя бы на час.

Часа мне мало. Я не хочу час. Я хочу навсегда. Но готова хоть на минуту.

А вечером…

Вечером мой мир опять рушится. Снова делится на до и после. Определенно.

Лучше бы я оставалась железной Щепкой.