Книга Цена предательства, страница 86 – Элен Блио

Слова сами собой произносятся, и я понимаю, что говорю правду. Мне хорошо, когда он рядом. Тепло и спокойно.

— Когда тебя выпишут?

— Пока не знаю, не говорили.

— Я заберу тебя, хорошо? Позвонишь мне?

— Заберешь куда?

— Куда скажешь. Я очень не хочу отпускать тебя. Но если тебе нужно время…

Наверное, всё-таки нужно.

И поставить точку с Кириллом надо. Теперь уже точно назад никаких путей нет.

Бессилие. Самое хреновое из того, что может испытывать мужик. Когда ты понимаешь, что ни фига не можешь помочь. От тебя ничего не зависит.

Ты можешь только кулаки сжимать и зубами скрипеть. От бессилия.

Нет, кое-что я, конечно могу.

Например, поехать и начистить всё-таки рожу её недомужу. С оттяжкой, с удовольствием. Так, чтобы у него юшечка потекла.

Сука. Как же я его ненавижу!

И ведь не пойду, и не навтыкаю ему. Потому что… Потому что хрен знает, как она к этому отнесется. Не будет ли хуже. Хотя, куда хуже-то?

Она его еще пожалеет. Тогда можно сразу подыхать.

Потому что это будет просто капец какой провал.

Еще я могу просто быть рядом. Пытаться предупредить каждое желание. Помочь.

Вот только ей – что я рядом, что меня нет. По-моему, фиолетово сейчас. В этот момент. Или еще хреновее – ей хуже, когда я рядом.

Да и желаний у неё нет.

Я спрашивал. Ничего не хочет. Просто…

Просто уйти?

— Не уходи.

Вчера сказала – не уходи. Позавчера. Сегодня. Завтра её обещали выписать. Операция прошла нормально. Осложнений нет. Ника может лежать и дома.

Вот только меня передергивает от мысли, что она будет в том доме.

И этот утырок - её муженек может туда прискакать.

— Ника, подумай, пожалуйста, еще раз. Может… может быть, тебе на время куда-то уехать? Я знаю отличный отель в Подмосковье. Сниму тебе домик, там с детьми отлично, есть бассейн, СПА.

— Мне нельзя пока.

— Будешь просто гулять.

Молчит.

— Я подумаю, спасибо.

— Завтра я приеду за тобой.

— Хорошо.

И опять тишина. Встаю, подхожу к окну. Подоконник заставлен цветами. За окном весна уже вовсю. Солнце садится, красиво.

— Ром, а в этом отеле ты со мной будешь?

Она что, боится, что я буду слишком настойчивым? Я в курсе, что ей вообще сейчас нельзя. Да и вообще… Я похож на мужика, который женщину к чему-то принуждает? Чёрт, сейчас, наверное, похож.

— Ник, если ты захочешь, я буду рядом, а если нет…

— А ты не обидишься, если нет?

— Мне что, пятнадцать лет, чтобы обижаться? Или пять?

— Прости, я правда… не хочу обижать.

— Не о том думаете, барышня… И обижаете не тем.

— Значит, обижаю?

Усмехаюсь, головой качая, подхожу, сажусь рядом.

— Ник, давай без этого. Всё нормально. Я всё понимаю.

— Понимаешь? – странно смотрит, усмехается. – Понимает он… Сядь ближе.

— Что?

— Ближе сядь. Наклонись. Дай руку.

Пересаживаюсь на больничную койку, честно, хрен знает, почему-то потряхивает. Не знаю я, чего ждать от неё. Особенно в её нынешнем состоянии.

Она ведь сто пудово винит себя в том, что произошло. А как же? Это же Ника! Я уже понял немного, какая она. Не скажет, не выдаст сомнений, но по ней видно всё. Видно, как шестеренки крутятся, как мыслительный процесс идёт. Как она анализирует ситуацию.

Дурочка, она ведь и в том, что муж налево пошёл, тоже себя винила. А в чем тут её вина?

Нет, ну ладно бы она была… не знаю… распустила бы себя, не ухаживала, выглядела бы плохо, была склочной, противной. Хотя для меня, даже в этом случае муж не прав. Не устраивает жена – разводись и гуляй!