Книга Цена предательства, страница 44 – Элен Блио

И знает о моём положении.

— Роман Александрович, я хотела…

— Просто Роман.

— Я хотела вас попросить.

— Я никому не скажу, если вы о том, о чем я думаю.

— Я надеюсь. – смотрю в его глаза пытаясь понять, искренен ли он. Это сложно. Он кажется человеком чести, но я знаю, что внешность обманчива.

Мой муж тоже казался мне верным.

— Вы можете рассчитывать на меня.

— Спасибо.

— Да, насчет вашего магазина. Приезжайте подписывать договор.

Магазин! Меньше всего именно сейчас я думаю о магазине! Я ведь рассчитывала на помощь Кирилла, если я подам на развод, станет ли он помогать?

Шах замечает моё неловкое молчание.

— Я согласен на ваше предложение, год аренды бесплатно.

— В обмен на моего мужа? – стреляю в него взглядом, сердце заходится в бешеном аллюре.

— Нет. Безвозмездно.

— То есть даром? – повторяю фразу совы из Винни-Пуха.

— Если для вас это неприемлемо – оформим минимум с рассрочкой.

— Спасибо, мы подумаем.

Ухмыляется, и идёт открывать дверь. Подаёт мне руку.

Я дрожу. Окутывает его властной аурой. Может, согласиться, а? Пусть отправит этого «малыша» хоть к чёрту на рога! А с Кириллом я уж как-нибудь разберусь.

Нет, это не выход. Понимаю сама. И мне дико нужен мамин совет.

— Надеюсь, увидимся, Ника. – наклоняется и еще раз целует руку. Да уж, явно мамино воспитание, знает, что девушки это любят.

Кирилл в свое время тоже меня поражал этим – целовал руку, в глаза заглядывая, так, словно прикасается к чему-то драгоценному.

— До свидания.

Хочется сказать «прощайте», но Анюта, магазин… Почему мы с подругой должны отказываться от мечты? В конце концов, не думаю, что Шах будет сидеть в этом ТЦ как приклеенный.

Мама встречает как всегда теплыми объятиями, ароматным чаем с наскоро приготовленным пирогом. Мой любимый, цветаевский, с яблоками и сметаной. Но сначала фирменный папин плов. Конечно, я не отказываюсь, я же не завтракала, зная, что придется кровь сдавать, сейчас для обеда еще рановато, половина двенадцатого, но всё-таки…

— Ты бледная. Ладно, поешь сначала, потом расскажешь.

И я ем, потом пью чай, слушая мамины новости. Они с папой собираются поехать на несколько дней в Питер. Папино место силы. Билеты взяли на «Сапсан» – на машине папа не хочет. Еще планируют пойти в Мариинку на Вагнера. Папа обожает именно Вагнера, а мама не представляет, выдержит ли – представление идет пять с половиной часов. Моей маме сорок пять, выглядит она отлично, следит за собой, постоянно посещает косметолога. Переживает, что стала поправляться.

— Климакс на пороге, никуда не деться. Врач сказала надо контролировать питание, спорт, а я не могу…

Я допиваю чай. Не хочется расстраивать маму, но…

— Мне Кирилл изменил. Я… я хочу развестись.

Говорю и не справляюсь с эмоциями, начинаю реветь как маленькая. Ища помощи и поддержки на маминой груди.

— Тише, тише… ну что ты… Успокойся. Расскажи всё. Ты уверена?

Не знаю. Уверена ли я? Наверное да. Что бы там Кирилл не говорил. «Я даже не спал с ней»! Вот это его «даже» меня добило… Даже если не спал! Он поставил под угрозу наш брак! Он позволил чтобы девушка, с которой он общается – допустим, просто общается! – влезла в нашу семью!

Я ведь уверена, что Марина прислала те фото с Дашиной подачи! Значит, «малыш» хотела, чтобы я их увидела! Если там только дружеское общение, почему он сразу не пресек его? После фото? Почему продолжал общаться? Она у него на коленях сидела! Это что? Случайно упала?