Книга Выбираю тебя, страница 63 – Настя Орлова

— Я не буду, – упрямо возражаю я.

Алекс молча выкладывает сыр на тарелку, отворачивается к холодильнику и достает помидоры и что-то напоминающее паштет.

— Извини, я не ел с самого утра, – заявляет он, отправляя в рот хрустящий хлеб. – Сложный день.

— Вряд ли сложнее, чем у Кирилла, – выпаливаю я.

Рука Алекса замирает на весу с банкой паштета.

— Проблемы твоего брата – его собственных рук дело, – отвечает он, даже не делая вид, будто не понимает, о чем я.

— Или твоих?

— Ну-ка поясни.

— Что тебе непонятно? – запальчиво бросаю я. – Это ведь ты сделал, правда? Это тоже часть твоего плана отомстить нам?

— Интересно, – задумчиво тянет Алекс. – А что еще, по твоему мнению, относится к моему плану?

От ярких картин, которые всплывают перед глазами, я стыдливо вспыхиваю.

— Переспать с тобой? – подсказывает он, сверля меня взглядом.

— Я не желаю говорить об этом.

— Что же ты тогда хочешь?

— Я хочу, чтобы мой брат вернулся домой.

— С этим вопросом ты обратилась не по адресу, – жестко говорит Александр. – Это вне моей компетенции.

— Хочешь сказать, что это не ты рассказал?..

— Рассказал полиции, что твой брат использует грязные схемы для вывода денег за рубеж? – вновь цинично подсказывает он.

В голове вдруг проносятся воспоминания о бумагах, которые я подписывала совсем недавно. Там были кипрские счета, о которых я спросила Кирилла, но он посоветовал мне не лезть не в свое дело. Неужели все это время…

— Значит, это был ты, – говорю я, возвращаясь к нашему разговору.

— Поверь, у твоего брата врагов куда больше, чем друзей. Я бы не стал мараться об это дело. – По тому, с каким искренним отвращением Алекс говорит об этом, я вдруг почему-то верю в его непричастность к задержанию Кирилла.

— Но ты знал об этом?

— О чем конкретно? – Алекс упирает ладони в столешницу и наклоняется в мою сторону. – О том, что твой брат в принципе делал что-то противозаконное, или о том, что следователи за ним наблюдали уже какое-то время?

— Значит, знал, – говорю я упавшим голосом. – Ты мог бы сказать мне, чтобы я могла как-то повлиять…

— Это не та тема, которую я бы хотел обсуждать с тобой, а ты ему не нянька. За свою жадность, глупость и способность идти по головам для достижения своих меркантильных целей твой брат должен отвечать сам.

— Но он мой брат! – в отчаянии кричу я.

— Он вор и мошенник!

— Он мой брат! – повторяю я тише. – Кроме него и бабушки у меня никого не осталось.

Лицо Алекса смягчается. Видеть это выражение на его лице выше моих сил – на глаза наворачиваются непрошеные и совершенно неуместные в этой ситуации слезы.

— У тебя есть я, – вдруг говорит он.

— Ты мне не нужен!

— У тебя уже начались месячные? – внезапно спрашивает он, вводя меня в ступор.

Я открываю рот и захлопываю его, не вымолвив ни слова. Потрясенная прямотой его вопроса и тем, что он не забыл…

— Это тебя не касается.

— Разумеется, это меня касается, – возражает он.

— Я пришла сюда, чтобы поговорить о Кирилле.

— Мы поговорили. Если все то, что о нем говорят, – правда, гарантирую, он сядет, и сядет надолго.

От острой боли, пронзившей сердце, я морщусь.

— Откуда ты знаешь, что я не замешана во всем этом? – говорю я шепотом. – На бумагах компании есть и мои подписи.

— Я даже отвечать на это не буду. К тебе это не имеет никакого отношения.