Книга Вне игры, страница 20 – Настя Орлова

— Нет, я наелся, – произношу грубовато, ощущая в этот момент голод совсем другого толка.

— Столько еды остается. – Она сокрушенно качает головой, не замечая моего состояния. – Я говорила папе, что будет много, но он же не слушает. Лучше бы передали продукты в центр к девочкам.

— В центр к девочкам? – переспрашиваю я.

— Да. Не важно. – Рита вновь закусывает губу и отводит взгляд, словно понимает, что сболтнула лишнего. – А вообще я просто рада, что этот день заканчивается.

Согласен. Безумный день, в который случилось много такого, что я не планировал. К тому же мой организм до конца не перестроился на непривычный часовой пояс.

— Как думаешь, сможешь сбежать? – спрашиваю у Воскресенской, подавляя зевок.

— В смысле? – Она настороженно смотрит на меня исподлобья, как зверек, который почувствовал опасность и приготовился удирать.

— В том смысле, что я бы поехал домой, но если тебе нужно еще оставаться на празднике, то побуду с тобой.

— Нет, думаю, моего исчезновения уже никто не заметит, – говорит она с таким откровенным облегчением, что я снова задаюсь вопросом о том, что она скрывает. – Папа выпил и расслабился. Кстати, твой отец тоже. Я вполне могу улизнуть в свою комнату.

Я киваю. Поднимаюсь на ноги.

— Тогда до встречи, Рита Воскресенская, – протягиваю ей руку, чтобы скрепить нашу договоренность.

— Спасибо, Никита Любимов, – отзывается она с улыбкой и тянет ко мне маленькую ладошку.

Соприкосновение наших пальцев подобно вспышке молнии. Разряд ударяет четко по центру, искрит от кисти к локтю, огненной лентой опоясывает грудную клетку. В один миг абсолютно формальное рукопожатие превращается во что-то большее. Почти интимное. Мы ведь танцевали с ней сегодня, я держал ее в объятиях, но ничего подобного этой неожиданной вспышке не испытывал. Сейчас же… Сейчас все ощущается иначе. Рита испуганно вскидывает на меня глаза, в глубине которых мелькает тревога. Горячая волна смущения поднимается по ее шее и заливает щеки.

Она отдергивает ладонь, будто от горячего, инстинктивно подается назад.

— Спокойной ночи, Никита, – несмотря на явное нервное напряжение, прощается она с прямо-таки царским достоинством.

А уже через мгновение я вижу, как ее тонкая фигура скрывается от меня за дверью пустеющего банкетного зала.

Завтракать я спускаюсь поздно, когда компания, которая занималась обслуживанием вчерашнего банкета, под присмотром нашей домработницы Светланы загружает последние ящики с посудой в небольшой грузовик. Получается, я проспала не только окончание праздника, но и всю уборку, наблюдать за которой было моей негласной обязанностью! Блестяще!

Когда накануне ночью поднималась в свою комнату, совсем не по-хозяйски улизнув с юбилея отца, была настолько измотана эмоционально и физически, что думала, засну, едва голова коснется подушки. А в итоге промаялась почти до рассвета. Сначала тупо глядела на причудливые тени, которые отбрасывали садовые деревья на потолок, потом, не выдержав искушения, взяла телефон и набрала в поисковике «Никита Любимов».

Лучше бы я этого, конечно, не делала. Залипла. Оказалось, что парень – настоящая звезда. Не кто-то типа Ильи Свечникова, которого за пределами нашего уральского города никто не знает. Нет, Никита Любимов – звезда международного масштаба для всех, кто хоть сколько-нибудь интересуется хоккеем. Я даже не понимаю, почему я о нем никогда раньше не слышала… Возможно, пик его карьеры в стране пришелся на период моих отношений с Владом, а тогда мне откровенно ни до чего не было дела.