Книга Лето наших надежд, страница 68 – Настя Орлова

— Господи-Боже-мой, — скороговоркой вырывается из ее горла.

Стоп. Твою мать.

Резко оторвавшись от ее губ, я заставляю себя замедлиться. Черт возьми, эта девчонка — моя отрава. Я ведь не хотел спешить с ней сегодня, хотел устроить идеальное свидание, накормить, поговорить, в конце концов, а не брать ее впопыхах в дикой вспышке вожделения.

— Ты голодна? — спрашиваю сипло. — Есть рыба на гриле, креветки и…

— Ты издеваешься? — изумлённо выдыхает Лера, облизывая покрасневшие губы.

— Ничуть, — отвечаю уже тверже. — Сначала ужин, потом удовольствия.

— Ну уж нет, — девушка решительно притягивает к себе мою голову. — Я достаточно ждала.

Несмотря на то, что я пытаюсь протестовать, пусть и не очень активно, Лера встает на носочки и тянется к моим губам.

— Лера… Ужин, — пытаюсь образумить соблазнительницу.

— К черту ужин, — отрезает она бескомпромиссно, сначала прикусив мою губу, а потом нежно ее лизнув.

— Лера, — укоризненно бормочу я.

— Лучше молчи, — советует она с мягкой усмешкой, снова легонько прикусывая мою губу.

И когда я уже готов схватить ее в объятия, она вдруг отстраняется. Делает шаг назад, а потом цепляет подол своего платья и быстро стягивает его через голову. Теперь на ней только полупрозрачный лифчик и такие же миниатюрные трусики.

— Блин, — шепчу я ошалело. — Лера, что ты делаешь?

— Хочу тебя? — говорит она откровенно, приподнимая брови. — А ты?

С глухим рыком я дергаю ее на себя и, окончательно сдавшись, впиваюсь в мягкие губы.

Кажется, я окончательно и бесповоротно пропал. Для мира, для собственных планов, для других девушек — в этот миг все, что меня волнует, заключено в Лере Александровой, и я в восторге. Радость от того, что она рядом, компенсирует мои сомнения, страхи, подозрительность, которые были у меня в отношении этой девушки в прошлом. Сейчас есть только она и только я, а на остальное мне откровенно наплевать.

Лера тихонько стонет, извиваясь в моих руках, ее пальцы лихорадочно цепляются за мои плечи, а я в ответ с упоением исследую ее рот. Смакую его, ласкаю языком, прикусываю зубами, отстраняясь, только чтобы вдохнуть в легкие воздух и полюбоваться ею.

— Красивая, — шепчу исступленно, поглаживая кончиками пальцев ее брови, нос, губы, подбородок.

— Кирилл…

Должен признаться, мне очень нравится, как она произносит мое имя — немного хрипло, низко, крайне чувственно. Нравится, как при этом выглядит ее лицо, как от восторга блестят глаза, а руки лихорадочно шарят по моей спине, пытаясь забраться под рубашку. Когда у нее это выходит, мое тело простреливает разряд удовольствия. Мягкие прохладные ладошки на моей горячей коже — чистый кайф, к которому я начинаю привыкать, как наркоман привыкает к наркотикам.

Мой рот снова с жадностью впивается в ее губы. Девушка обвивает руками мою шею и возвращает поцелуй с нетерпением, от которого у меня сносит крышу.

— Кирилл, пожалуйста.

Я глажу ее шею, затылок, мои пальцы ласкают гладкую кожу, считают хрупкие позвонки, путаются в волосах. Бретелька скромного хлопкового лифчика падает с хрупкого девичьего плеча, и я оставляю в этом месте поцелуй, с удовлетворением отмечая, как Лера покрывается мурашками удовольствия, а ее грудь судорожно вздымается. Ее чувственный ответ — моя лучшая награда, идеальный афродизиак.