Книга Посмотри в мои глаза, страница 64 – Настя Орлова

С Лерой мы не пересекаемся, хотя я знаю, что после утренних анализов ее отпустили из больницы. Откуда знаю? Она написала. Короткое сообщение «Я на свободе. Поймай меня, если сможешь» я перечитывал уже раз десять и не планирую останавливаться. У меня от него такое поразительное ощущение в животе, словно те самые бабочки, о которых столько говорят в сопливых фильмах, щекочут внутренности крыльями.

«Я готов ловить. Вернулась в мой красный дом?» – набиваю ответ.

«Что за имперские замашки? Он мой», – отвечает Лера без промедления.

«Он мой, малышка. Спишь на кровати у правой стены?» – пишу я, а сам не могу перестать улыбаться.

«Да. Почему спрашиваешь?»

«Она тоже моя». – «И ты скоро будешь тоже», – добавляю мысленно.

«Кто бы мог подумать, что ты такой собственник, Гордеев».

«Ты даже не представляешь», – едва успеваю отправить сообщение, как на скамейку рядом со мной опускается Матвей. Торопливо блокирую телефон и прячу его в карман свободных шорт, не желая выставлять личное на всеобщее обозрение.

— Ой, да ладно тебе шифроваться, – весело говорит товарищ, с насмешкой наблюдая за моими попытками выглядеть как ни в чем не бывало. – Знаю, что ты с Лерой чатишься.

— И откуда ты такой умный? – хмуро уточняю я.

— Вас отряд малышей утром видел, – поясняет Матвей. – Если ты думал, что целовать девчонку в «Синичке» до горна – это шанс остаться незамеченными, то ты просчитался.

— Я скрываться и не собирался, – бурчу я, а сам мысленно ругаю свою беспечность.

— А это ты Панину расскажешь.

— А что, и он уже в курсе? – поднимаю глаза на приятеля, размышляя, как я отношусь к тому, что директор лагеря и дядя моей пассии в одном лице может знать о моих отношениях с Лерой.

— Понятия не имею. Но я бы не рассчитывал, что до него эта новость будет идти слишком долго.

— И ладно, – говорю раздраженно. – Мы с Лерой взрослые люди.

Волков внимательно изучает мое лицо, потом спрашивает:

— Серьезно она тебя зацепила, а? Даже не думал дожить до того момента, когда ты пожертвуешь своим принципом разделять работу и личную жизнь ради интрижки с девчонкой в лагере.

— Это не интрижка. А Лера – непросто девчонка, – говорю так резко, словно сама мысль о мимолетности происходящего вызывает у меня отторжение.

— Даже так? – Матвей удивленно вскидывает брови. – В Москву ее с собой позовешь?

Это странно, но его предположение не кажется мне неуместным. Оно не кажется мне преждевременным. Оно даже находит во мне отклик. Словно я действительно размышляю над тем, что будет у нас с Лерой после «Синички». Все это как-то быстро, словно скоростной поезд мчится по монорельсам, ну и плевать. Я давно не чувствовал себя настолько уверенным в собственных желаниях.

— Слушай, тему сменим, а? – все же прошу я.

— Ну, нет, приятель, так просто ты не отделаешься, – хмыкает он. – Я твои подколы три года терпел. Теперь твоя очередь.

— Моя очередь ребят на ужин вести, – парирую я, поднимаясь с места. – Надо их забирать отсюда, а то Ефремов себе нос разобьет, если еще раз попытается по канату пройти.

— Трус, – беззлобно бросает мне в спину Волков, но я уже его не слушаю. Сейчас меня занимает только одна мысль – на ужине я, скорее всего, увижу Леру. А я, признаться, успел по ней соскучиться.

В столовую мы приходим раньше других отрядов. Вымыв руки, ребята рассаживаются по своим местам. Я занимаю стул за вожатским столом, куда вскоре приходит Матвей. Ем я с аппетитом, но сам то и дело смотрю на вход, а когда в дверях появляется Лера, едва не вскакиваю с места, чтобы ее встретить. Хорошо, что вовремя себя одергиваю.