Книга На грани фола, страница 36 – Катя Саммер, Настя Орлова

— Ладно, – доносится в ответ неразборчивое мычание. – Только не задерживайся. Знаешь же, что мне такие тусовки не по душе, – летит уже в спину, потому как я со старта топлю на всех скоростях.

Быстро нырнув в толпу на танцполе, я пробираюсь к уборным, но прямо перед ними резко беру вправо в надежде запутать преследующего меня Громова. А после, затаившись в укромной нише у выхода, я перевожу дыхание и даже радуюсь тому, как быстро среагировала на опасность. Уже разворачиваюсь, чтобы проверить, чист ли путь, но в результате врезаюсь в двухметровую преграду, приятно пахнущую парфюмом.

Очень знакомым парфюмом.

— Ты. – Это простая констатация факта без эмоций. Я не боюсь, не испугана. Будто только и ждала, что меня поймают.

Боже, а что, если Веня прав? Что, если я сама не поняла, как попала в эту ловушку?

— У нас в программе вечера кросс по пересеченной местности, Булочка? – насмешливо тянет Арсений, едва не задевая своим длинным носом мой.

— Удивлена, что ты заметил. – От необъяснимого волнения мой голос звучит непривычно низко и сипло. Приходится прокашляться несколько раз, но, кажется, я делаю только хуже.

— И что это должно значить? – уточняет он, делая шаг навстречу.

— Ты вроде был занят своей подружкой, – бросаю я, не подумав, как это может прозвучать со стороны, и отступаю назад.

Довольно усмехнувшись, Громов приближается снова. Так мы и танцуем, глядя друг другу в глаза до тех пор, пока моя спина не упирается в прохладную стену. Это все – дальше некуда.

— Ревнуешь? – спрашивает он с самодовольной ухмылкой, которая придает ему особый шарм.

Мне нужно прекратить смотреть ему в глаза и думать об очаровательно острых, черт бы их побрал, скулах! Ну а что? Я всегда мечтала о таких, но с пухлыми щеками это осталось чем-то недостижимым. Люди с красивыми скулами – дьяволы во плоти.

— Ага, ревную. – Собравшись с силами, я демонстративно закатываю глаза. – В твоих мечтах.

— А в твоих? – Он выдыхает эти слова где-то в районе моего рта. – Как давно ты думаешь обо мне?

Он наступает, оказывается совсем рядом. Из-за его близости у меня явно повышается температура, иначе как объяснить горящие щеки и легкую дрожь. Мне это не нравится. Или нравится. Очень. Я уже ни в чем не уверена, но из последних сил пытаюсь бороться не только с ним, но и с самой собой.

— Мы договаривались, что ты не будешь приставать ко мне.

— Мало ли, о чем мы договаривались.

Он делает попытку поймать мои губы, но я уклоняюсь.

— Арсений. Сделка.

— К черту сделку. Мне надоело, – звучит коротко, отрывисто, раздраженно. – Ты убьешь меня быстрее, чем рассчитаешься с долгом.

Он ухмыляется и так проникновенно смотрит, что я задерживаю дыхание, прежде чем заговорить снова.

— Значит, мы квиты? – С трудом верится в это. – Я больше ничего тебе не должна?

После этих слов мне самой становится грустно. Как бы смешно ни звучало, но, по-моему, Веня впервые в жизни оказался прав, и это плохо. Очень плохо. Нельзя грустить из-за Арсения Громова.

— Ну… как сказать, не должна. Возникли новые обстоятельства, – тянет он, отвечая на мой вопросительный взгляд. – Я хочу тебя.

И, не дожидаясь того, что скажу я, Арсений вдруг сокращает оставшееся расстояние между нашими лицами и, наклонившись, упирается своим лбом в мой лоб. Он прижимается твердым телом ко мне так плотно, что я… Черт! Так, что я ощущаю… его! Упирающегося мне прямо в живот!