Книга Ты знаешь мой секрет?, страница 92 – Рина Беж

Противная ледяная дрожь пробегает по телу. В голову навязчиво лезет картинка-воспоминание, как Цикал обнимает и целует Алекса, когда мы в первый день приезжаем в этот особняк, а он позволяет и не отталкивает.

Прикусываю уже побаливающую от сегодняшней трепки зубами нижнюю губу, прикрываю на секунду глаза, заставляя руки перестать дрожать, и выхожу их кухни.

Не хочу прятаться.

— Соня? — удивление Алекса не наиграно. — Я думал, ты уже спишь.

Теплая улыбка на мужественном, таком любимом лице, делает все черты мягче. Вот только я теперь не знаю: она предназначена для меня или сохранилась после разговора с Цикал.

И эти качели угнетают.

— Привет, — выдыхаю, бросая мимолетный взгляд на мужскую руку, в которой до сих пор зажат телефон, — как раз собиралась ложиться.

— Привет, прости, что так долго, работы перед открытием слишком много, — Гроссо делает шаг в мою сторону, протягивая свободную руку.

А я, не задумываясь, тут же отступаю назад, избегая контакта.

Не специально. Само так происходит.

Муж мгновенно считывает реакцию моего тела, судя по чуть прищурившимся и потемневшим глазам, а я не придумываю ничего лучше, чем сбежать от неприятного разговора:

— Да, конечно, понимаю, — гляжу на кончик его уха и даже умудряюсь изобразить улыбку, а потом резко разворачиваюсь. — Извини, меня ждут.

Тишина за спиной заставляет мурашки табуном бежать по коже, да и взгляд, прожигающий спину, не дает расслабиться. Но не останавливаюсь. Только свернув за угол, позволяю себе встряхнуть плечами и сделать глотов воздуха. Оказывается, я не дышала все время, что поднималась по лестнице.

Работа у него, ага. Точно. Длинноногая и черноволосая, с хитрыми глазами и пухлыми губами.

Хмыкаю горько себе под нос и морщусь.

Неприятно. Очень.

Но, как ни странно, понимаю, что меня это не бьет кувалдой под дых. А отсюда следует только один вывод: чего-то подобного глубоко в душе я и ожидала.

В этот вечер я, впервые не дожидаясь Алекса, одна ложусь в кровать и даже умудряюсь заснуть до того, как он приходит. Лишь сквозь дрему ощущаю, как сильные, крепкие руки аккуратно подтягивают меня под теплый бок, обнимают и, погладив живот, там и остаются. Хочу запротестовать, но сил нет, а потом я проваливаюсь в крепкий сон, просыпаясь лишь в начале четвертого, чтобы покормить Надю.

А утро встречаю в кровати, как обычно, одна.

* * *

Пятница подкрадывается незаметно. И уже вечером состоится прием по случаю открытия нового звена гостиничного комплекса, над которым Гроссо вместе с партнером и большой командой профессионалов трудились больше полутора лет.

Грандиозное событие, которое даже Елену Валентиновну не оставляет равнодушной. Когда она обсуждает за завтраком проделанную моим мужем работу, то в ее голосе слышатся не только нотки материнской гордости за сына, но и мнение человека, любящего свой город, радеющего за развитие инфраструктуры края, создание новых рабочих мест, привлечение иностранных инвестиций и развитие туристической отрасли.

Безусловно, я тоже горжусь Алексом, и похвала в его адрес — это заслуженная награда, однако наряду с этим испытываю жуткий мандраж, потому что мне предстоит впервые быть на виду. Предстать не перед десятками, а сотнями любопытных глаз, которые непременно станут не просто меня осматривать, а изучать и препарировать как неведомую зверушку, появившуюся из неоткуда и умудрившуюся присвоить себе слишком большой кусок.