Книга Твоя наследница, страница 51 – Рина Беж

Глупость, естественно, но на украшение в последнюю неделю будто аллергия появляется: рука так и чешется, а чужая вещь раздражает.

— По работе? — вдруг спрашивает Цикал, отслеживая движение моих рук. — Не будешь против, если охрана тебя сопроводит? Мне так будет спокойнее.

— Не совсем, — отвечаю честно на первый вопрос. — И да, против не буду, — на второй.

Охрана…

Охрана — это хорошо… с ней мне как-то спокойнее.

Не знаю, откуда берутся такие мысли, но… предчувствие дело такое… непредсказуемое.

ДАВИД

— Выбирай, на какой фильм или мультфильм мы идем? — останавливаюсь вместе с дочерью перед чередой разноцветных витрин с афишами.

За выбор Амины совершенно не переживаю. Мне вообще всё равно, что там будет транслировать кинематограф: веселую детскую комедию, приключения или же сказку про принцесс.

Главное, это время я проведу со своим ребенком. Наслаждаясь его обществом.

— Ну-у, — забавно тянет кудряшка, наматывая «хвостик» на указательный пальчик и бегая карими глазками от одного рекламного щита к другому, — я бы посмотрела вот этот боевик. Его мальчишки в саду всю неделю хвалили.

Останавливается она возле афиши, на которой двое рисованных сорванцов лет восьми — десяти «дают пять» машинам-роботам.

— Тёма сказал, что полный улёт, а Ванька хвастался, что ему папа его на компьютер уже скачал, — добавляет она, оборачиваясь ко мне. — А тебе что нравится?

— Я доверюсь твоему мнению, — улыбаюсь, слегка удивленный выбором малышки.

С виду такая маленькая, хрупкая и воздушная в своем белом платье в ярко-зеленый крупный горох. На ногах белоснежные носочки с рюшами и балетки на небольшом каблучке. На макушке забавные хвостики, заколотые резинками в виде пушистых гусениц. Шарики разноцветные в руках. Рюкзачок на спине. Очаровательная улыбка. Ямочки на щечках.

Ну вся девочка-девочка. И на тебе, боевик.

М-да, Дав, ничего ты не понимаешь в современной молодежи.

Хмыкаю, удостоверяясь, что мультфильм имеет ограничение 6+, а значит, убийств и расчлененки можно не опасаться.

Ёперный театр, Цикал, ты — отец!

Кайфуй.

Подначиваю себя, чувствуя в душе распирающую гордость.

— Подожди, — дочка сбивает с веселых мыслей и, явно подражая Юле, смешно приподнимает бровки и упирает кулачки в бедра. — Ты что же, в кинотеатр тоже никогда раньше не ходил?

— Ходил, только очень давно, — сознаюсь, любуясь красоткой, которую мне родила и вырастила Котова.

Идеальная.

Вот просто во всем идеальная.

Кажется, я полюбил эту девочку в первый же миг, как понял, что она моя. Или даже чуть раньше, когда она задрала голову вверх, забирая свой мяч, и улыбнулась, заглянув карими глазами, так похожими на мои, в самую душу.

— Наверное, сто лет назад, — кивает с умным видом самой себе Амина.

— Ну, не настолько уж я и старый, — спешу её разуверить в своей дряхлости, замечая улыбки на лицах охраны.

После того, как несколько лет назад на меня было совершено пару покушений, в одном из которых я потерял личного телохранителя, а во втором получил легкое ранение в плечо, эта мера предосторожности стала такой же повседневной и обыденной, как привычка чистить зубы.

И пусть заказчика и организатора тех двух случаев полиция нашла и арестовала, а затем отправила отбывать тюремный срок, я не отказался от услуг квалифицированных спецов.