Книга Потерянная пара альфы, страница 15 – Рина Беж

Стыд окрашивает щеки в румянец. Хоть и не вижу их, но прекрасно чувствую, как горят.

— Первая и вторая комнаты в левом крыле совершенно свободны. Можете занять их, — нащупываю за спиной ручку двери, готовая в эту же секунду скрыться в кабинете отца. — Простите, мне идти нужно.

— Райдэн, кажется я знаю, как тебе можно расслабиться и перестать злиться из-за семейства Борсовых, — слышу веселые нотки в голосе брюнета и вновь обращаю все внимание на странную тройку.

И пусть лично ничего не понимаю из сказанного, но два великана, начинающие посвистывать, сильно удивляют.

— Мы пойдем пока, — отступают они синхронно, — в ПЕРВУЮ комнату.

— Ага, именно в нее, вторая нам совсем не нужна, — хмыкают уже от лестницы.

А через минуту исчезают.

РАЙДЭН

Странная девчонка завладевает внимание так сильно, что даже не стараюсь с собой воевать и просто внимательно её изучаю.

Мелкая совсем. Хорошо, если до плеча мне макушкой достанет, в чем я сомневаюсь. Тощая, чего балахонистое длинное темное платье не скрывает, а еще больше подчеркивает. Но фигура не мальчишечья. Везде, где нужно, округлости присутствуют. Талия тонюсенькая, не напрягаясь, ладонями обхвачу.

Шея тонкая, длинная. Лоб высокий, личико сердечком, кожа чистая и бархатистая. Нос обычный, прямой, губы пухлые. Кусает их, зараза, так и переманивая взгляд именно туда. А вот глаза странными кажутся.

Не могу объяснить. Но чувство такое, словно это не ее цвет радужки. Не подходит ей желто-карий.

Обалдеть, Дэн, ты что-то совсем поплыл, размышляя о какой-то человечке в таком ключе.

Подкалываю сам себя, но мой волк почему-то к шутке не присоединяется.

Он все принюхивается и принюхивается к девчонке. Словно что-то его волнует и не нравится одновременно.

Что не так?

Задаю по сути вопрос самому себе и… не знаю ответа.

Если разобраться, то раздражает меня в этот момент только одно — дурацкий черный платок на голове. Знаю, что люди так выражают свою скорбь, но не волки.

И руки буквально горят, так хочется сделать два последних шага, разделяющих нас, и сорвать его. Увидеть волосы юной девицы. Пропустить их сквозь пальцы. Уткнуться носом. Вдохнуть как можно глубже легкий аромат женской свежести. И не отпускать.

— Как тебя зовут? — задаю вопрос, удивляясь самому себе.

Обычно лишняя информация меня совершенно не волнует. Скорее раздражает.

А тут действительно хочется узнать и запомнить.

— Ми… — запинается малышка, но всё же продолжает, — ра.

— Мира?

— Д-да, — кивает она, вздергивая подбородок чуть выше, бегая глазами по моему лицу.

А я начинаю злиться.

Ненавижу ложь.

Своим обостренным волчьим чутьем я улавливаю все происходящие в ней изменения: сильнее заколотившееся сердце, скакнувший до максимума адреналин в крови, вспотевшие ладошки, чуть соскользнувшие с дверной ручки, за которую она держится, словно это её спасательный круг.

— Врешь, — гляжу прямо в глаза и сжимаю руки в карманах в кулаки.

Понимаю, что ей неуютно и страшно, но… врать мне нельзя.

Никому.

Девчонка облизывает пухлые губы, не специально. Просто нервное движение. А я сжимаю челюсти до хруста.

Маленький розовый язычок намертво приковывает мой взгляд.

Причем настолько, что обман отодвигается куда-то далеко. На первый план выходит желание. Дикое, необузданное.