Книга Потерянная пара альфы, страница 114 – Рина Беж

— Откуда? — в защитном жесте накрываю живот и хмурюсь.

— Он, — нежный взгляд мужчины опускается туда, где в этот момент слегка пинается сынок, посылая тепло в сердце, а на губах расцветает безумно довольная улыбка, — меня позвал.

— Э-э-э, — зависаю, разглядывая самодовольное лицо будущего папаши, и отступаю на шажок.

Странное поведение Райдэна напрягает.

— Кто тебя позвал? — уточняю еще раз на всякий случай.

— Наш сын, Мия, — кивает альфа, сияя все шире. — Именно он.

— Но… как?

— Мы обязательно обо всем поговорим, родная, но чуть позже. А сейчас давай найдем твоего деда, а затем все вместе выпьем чая. И ты отдохнешь. Согласна?

— Хорошо.

* * *

— Как Вы себя чувствуете, голова сильно болит? — присаживаюсь на корточки перед лесничим, который уже пришел в себя, но подняться не успел.

Тут и там еще копошатся оборотни в волчьем обличии, хотя их количество заметно уменьшилось. И пусть стая Граса отогнала большую часть, некоторые до сих пор огрызаются. Тех же, кто уже навсегда закрыл глаза, стараюсь не замечать. Слишком страшное зрелище.

— Нормально, дочка, жить буду, — старик потирает затылок, поправляя шапку, сползшую набок. — Сейчас чуток посижу и встану.

— Хотите воды? — Райдэн держится рядом, скрупулезно отслеживая мое передвижение, стоит только отойти дальше, чем на пару метров.

Словно я притягиваю его, как мощный магнит. Такое внимание заставляет немного нервничать, но в глубине души зарождается тепло от заботы.

А уж как Серебрянка радуется, только что не вытанцовывает в груди, навиливая хвостом. Вот уж несомненно егоза, дай ей волю, она бы во всю сейчас красовалась перед истинным, демонстрируя себя со всех сторон.

Что интересно, в отличие от моих волос, изменивших цвет на темно-русый, шерстка волчицы сохранила прежний белоснежный окрас. Лишь стала более яркой, блестящей и густой. А вот радужка глаз у нас теперь одинаковая — небесно-голубая. Да, уверена, моя девочка произведет впечатление на волка Райдэна, когда он ее увидит.

— Не отказался бы, — дед Исай с интересом, не пряча взгляд, изучает альфу северного предела. И по проскакивающим искоркам в глазах понимаю, что этот двуликий ему нравится. — В горле сильно пересохло.

Скрываю улыбку, наблюдая за двумя мужчинами, вроде бы как вскользь, но на самом деле очень пристально изучающими друг друга.

Неудивительно, что лесничий оценил Граса. Он действительно особенный: сильный уверенный в себе, основательный и надежный, а еще естественный, без самолюбования, высокомерия и пустословия. Даже уделяя все внимание нам с дедом Исаем, он успевает следить за ситуацией, отдавая короткие, но четкие и понятные приказы.

— Одну минуту, — выслушав старика, кивает Райдэн и отступает на пару шагов к машине, которую только что подогнали в конец деревни по его распоряжению.

— Хорош, — негромко тут же сообщает мне лесничий, поглаживая бороду. — Такому не жалко сердце отдать. Я тебя, дочка, теперь понимаю.

Краснею и лишь качаю головой. Прямолинейность человека уже ни раз вгоняла меня в краску, а я так и не смогла привыкнуть.

— Нас могут услышать, — шепчу тихонько.

Не хочется выглядеть глупой влюбленной курицей перед альфой.

— Вот и хорошо, — не соглашается дед. — Иногда людям просто не хватает знания о том, что творится на душе другого. Оттого они глупости делают. А вот если бы поговорили вовремя, могли бы кучу времени сэкономить. Не думаю, что у вас, двуликих, по-другому. А так: он страдает, ты страдаешь, а первый шаг сделать оба боитесь. Хотя, нет. Твой ничего не боится. Вон как печется, любо-дорого посмотреть.