Книга Вернуть истинную, страница 76 – Рина Беж

Но далеко не уходит. Специально громко шоркает и причитает об обнаглевших человечках, чтобы я не расслаблялась.

Вот только его старания проходят мимо.

Справившись с первостепенными потребностями и утолив голод, преспокойно заворачиваюсь в теплый плед, который исполнительный Варфик приносит, пока я ем, и легко засыпаю до утра.

Дребезжание ворчуна нисколько не мешает...

АНИЛА

— Собирайся и на выход, — командует двуликий зануда, которого приставили ко мне в охрану, отпирая замок и распахивая дверь. — Вот сейчас-то из тебя всё вытря…

Судя по положению солнца, на часах уже начало девятого. А Варфик так и не прерывается в своем бормотании ни на минуту.

Кажется, даже пока я спала, он возмущался, непрестанно взывал к моей совести и грозился карами небесными вплоть до сожжения на костре, рассчитывая на раскаяние и признание всех грехов.

Молодец, ответственный.

Безмолвно хмыкаю, разглядывая неутомимого великана.

Балбес.

Не соглашается Золотинка и, прикрывая мордочку лапой, причитает.

Матушка-Луна, да когда же у него батарейки сядут.

Подозреваю, они у него солнечные.

Выдаю свою версию, выходя из подвала на улицу, и с удовольствием запрокидываю голову вверх. Глубоко вдыхаю свежий воздух и жмурюсь от яркого света. Сентябрьское солнце совсем не кажется осенним и тусклым. Как же я по нему скучала.

Думаю, он очень сильно не хочет попасть на обучение к какому-то там Райдэну, вот и старается за десятерых.

Вспоминаю вчерашнее обещание Лина, очень похожее на угрозу.

И хмыкаю. Пусть альфа требовал обращаться к нему «на Вы», в собственных мыслях я подчиняться не собираюсь.

Он — мой истинный.

А двум половинкам одного целого выкать друг другу глупо. Вот так-то!

И пусть он об этом пока и не знает… буду, как и Золя, верить в лучшее.

— Девочки очнулись? — первое, что спрашиваю у объекта моих размышлений, когда переступаю порог его кабинета.

Большое, светлое, просторное помещение буквально пропитано аурой альфы, а по идеальной чистоте вокруг и аккуратно разложенным на полках и столе документам и малочисленным мелочам делаю вывод, что моя пара — чистоплюй и педант, который не пускает дела на самотек и не выполняет свои обязанности через пень-колоду.

Отлично. Это радует, потому что и я сама такая же.

— Нет, — звучит не обнадёживающий ответ, — всё по-прежнему.

Лин оборачивается от окна, в которое, по всей видимости наблюдал, как я пересекала широкий двор от места заточения до его воистину шикарного дома, и неторопливо осматривает меня с головы до ног.

Нечитаемый взгляд скользит по лицу, шее, цепляется за косу, переброшенную через плечо на грудь, плавно стекает ниже, на секунду фиксируется на талии, проходится по бедрам, голеням щиколоткам и замирает… на балетках.

— Интересная обувь, — подводит итог. — Только не сочетается с формой. Да и ремень отсутствует.

Мужчина возвращает внимание к моим глазам, и только в этот момент осознаю, что практически не дышала.

Отмирай уже, красотка. Не время сейчас любоваться истинным, есть более важные дела.

Командую самой себе и чуть не закашливаюсь, услышав Золотинку.

Шикар-р-рный экземпляр. И весь наш…

Облизывается волчица, буквально извиваясь юлой, чтобы хоть как-то дать о себе знать животной половине вожака.

Да кто бы спорил.

Соглашаюсь.