Книга Реванш, страница 21 – Рина Беж

— Так я и расстроилась, – подмигивает она. - Но хорошо, что ты у нас такая зоркая.

— И чем это хорошо? – не улавливаю мысль.

— Я успею успокоится к тому моменту, когда они придут наверх, и не выдать переживаний.

— Уверена, что придут?

— А-то как же, – фыркает Павловская. – Мы же на игру забились.

— А долг – дело чести?

— Именно.

— И будешь улыбаться, как ни в чем не бывало? – играю бровями.

— Точно.

— Ла-а-адно. Но ты – всё равно лучше, чем эти кнопки, – киваю в сторону столика на первом этаже. – Они вообще совершеннолетние?

— Ась, а тебе-то давно восемнадцать исполнилось? – хмыкает подруга. – Но за поддержку «спасибо»!

— Не за что, дорогая!

Наклоняюсь к ней ближе и шепчу на ухо:

— Мне через полгода двадцать два.

— Э-э-э... – зависает девчонка, приоткрыв рот.

— Так-то, – подмигиваю и предлагаю жестом присоединиться к нашей группе.

— Привет, красотки, – встречает нас радостно Сашка Мельников, еще один вполне адекватный студент из группы. – Какие вы хорошенькие. Глаз не отвести.

— Спасибо, милый джентльмен, – киваю с улыбкой. – Старались, чтобы радовать общество своим прекрасным видом.

— Только не ты, – бубнит Мальцева вроде бы и тихо, но слышат многие.

Вот же вредная болонка. Только и умеет, что лаять из-под забора.

Честное слово, без обид. Но Милена из той породы женщин, про которых говорят, что и в старости – щенок: тощая, мелкая, ростом чуть больше ста пятидесяти сантиметров и кудрявая из-за не очень удачной химии.

Хотя, с одной стороны, она права. Я по привычке, как раньше ходила на работу в клуб, надела обычные темно-синие потертые джинсы и черную футболку с логотипом известной спортивной марки. Не стала наряжаться. Да и косметики минимум – только тушь.

Люблю такой стиль. Без бантиков, рюшей, платьев и каблуков. Мне комфортно, и это главное.

Нет, вот когда стану юристом, буду в офис ходить, тогда и накуплю себе строгих пиджаков с юбками и шпилек-убийц. А пока – и так хорошо.

Но и это не дает право Мальцевой демонстративно на меня фыркать. Пусть в туалете своим трио всем неугодным кости перемывают. Тихо и незаметно.

— А мне не надо размалёвывать лицо, как у куклы, да юбки, еле-еле прикрывающие трусы, натягивать, чтобы сиять, – растягиваю акулью улыбку от уха до уха.

— Точно, что на секцию, что в клуб – не переодеваясь, – поддакивает подруге Маркова.

— Девочки, вы все – умницы и красавицы, давайте лучше отметим наш праздник, – вручает нам бокалы Илья Филонов.

— С удовольствием, – не сговариваясь, выпаливаем мы с Женькой и весело смеемся.

Если не обращать внимание на шипение сбоку, где кучкуется МММ, вечер складывается вполне мило. Кто-то уходит потанцевать, некоторые сбегают на перекуры или дозаказать что-то к столу, потом возвращаются.

Мы с Павловской, как и еще две пары из нашей группы, посидев около часа за столом, решаем сыграть в бильярд.

— Ставка? – жмурюсь, хитро поглядывая на соперницу по игре.

— Если проигрываешь, две недели ходишь на пары в платьях и юбках.

— Когда?

— Я предупрежу за день.

— Принимается.

— Что в ответ? – лыбится Женька.

— Игнорируешь Баева до Нового года, – скрещиваю руки на груди, рассматривая подружку.

— Это не сложно, учитывая, что у него кто-то есть, – качает она головой.

— Конечно, есть. Сегодня одна, завтра другая. Послезавтра ты, а потом следующая.