Книга После измены счастье есть, страница 97 – Рина Беж

— Не собиралась линять, – говорить негромко.

— Я рад. Очень, – заверяю ее и разворачиваю к себе.

Одной пятерней давлю на поясницу, вжимаю ее податливое тело в себя теснее. Второй подцепляю подбородок. Наклоняюсь и, царапая небритыми щеками кожу, скольжу губами вниз по изысканно выпирающим скулам, касаюсь губ. Приоткрываю языком рот, и жадно в него погружаюсь.

Варя отзывается моментально. Подчиняется моим движениям, льнет ближе и, прикрыв глаза, отвечает на поцелуй… но спустя минуту, не больше, отстраняется:

— Дём, а давай сегодня просто полежим? Ты меня обнимешь, и этого будет достаточно, – произносит неуверенно и вместе с тем…

— Хорошо… – покладисто соглашаюсь, не спеша выпускать ее из рук, – хочешь просто лежать, будем лежать. Но я до смерти тебя хочу.

Ни одной женщине таких слов не говорил… но ни к одной и ничего подобного не испытывал.

— Я знаю… и тоже хочу тебя, – розовеет. – Но пока не уверена, что готова…

Моя честная девочка. Глоток живительной силы и моя погибель.

— А я тебе помогу подготовиться, – улыбаюсь ей в губы.

Подкалываю, конечно, потому что знаю: на близости сегодня настаивать не буду. Один день погоды не сделает, а может, наоборот, один вечер наладит ее в доме на долгие годы.

Я хочу, чтобы она мне доверяла. И я это доверие получу.

— Пойдем тогда ложиться.

Перехватив Варю за руку, тяну ее за собой в спальню на второй этаж. Помогаю раздеться и, выдав свою футболку, отправляю в душ. Сам скидываю покрывало и забираюсь в кровать, а как только Варя выходит, укладываю ее к себе под бок.

Целую в макушку и, настойчиво прерывая мысли, которые она то и дело крутит в голове, командую:

— Спи… но завтра ты от меня не отвертишься…

Варя слабо улыбается и закрывает глаза. Засыпает минут через пять, не позже. Я же некоторое время поглаживаю ее ладошку, лежащую у меня на груди, а потом тоже заставляю себя расслабиться и уснуть.

Новый день предстоит насыщенный. Нужно отдохнуть.

Просыпаемся одновременно от упавшего на мой айфон сообщения. И еще одного. И еще. Проверяю, кто такой шустрый с утра пораньше, и, усмехнувшись, сразу протягиваю телефон Варе.

— Мне? – забавно округляет она глаза и хлопает длинными ресницами.

— Нам, – уточняю и подмигиваю. – Дети.

Моя красавица охает и натягивает одеяло повыше, будто мелкие нас в каком-то непотребном виде могли застать. Забирает гаджет и внимательно читает написанное. А там Санька пишет с телефона Макса, явно под диктовку. Сначала здоровается и представляется, потом перечисляет всё, что им обоим может понадобиться в больнице.

— Это есть. Это есть. Это тоже… ой, а это надо будет новое купить…

Наблюдаю за Варей. Такая домашняя, уютная, смешная и милая. Моя вся, аж сердце с ритма сбивается и руки чешутся, как хочется ее затискать.

— Дём, мне за Санькиными вещами домой надо будет поехать.

— Съездим, без проблем, – киваю и, перекатившись, нависаю над ней сверху. Выдергиваю из ее рук телефон и откидываю его в сторону, – но сначала с тебя мой утренний поцелуй и вкусный завтрак.

— Ну ничего себе… командир выискался! – бурчит, пряча улыбку, а сама губы подставляет и льнет, обнимая руками за шею.

— Еще скажи: тиран, – подначиваю, между поцелуями.

— Тира-а-ан? Нет, Демьян Константинович, ты – не тиран. Ты – тира-а-анище! – «кусается» хулиганка.