Книга Больше, чем сделка, страница 15 – Рина Беж

Но и я – не бедная овечка.

А еще до кучи умею красиво давать сдачи и бить прицельно. Особенно, когда меня, как племенную кобылу, стараются продать подороже.

Следующий час вытягивает все жилы. Он то еле тянется, то летит кометой, не замечая преград. Я же прохожу собственную полосу препятствий.

Максимально сосредоточившись на цели, врубаю профессионализм на полную и дотошно обсуждаю с Аль Мади мельчайшие детали договора. Особенно много внимания уделяю штрафам, если условия сотрудничества будут нарушены. Благо Максимка-дурачок-Павлович, желая сделать всё как лучше, временно оставляет нас наедине.

Шейх, к слову, тоже расслабляется, неправильно истолковывая мою резвость. По ходу привык к легким победам. Вот и лыбится, время от времени снабжая комплиментами, жаркими взглядами и намеками на богатую сказку под его крылом в хиджабе и абайе.

Пусть. Я не в обиде. У всех своя школа жизни.

Через час и сорок минут, когда выдержка начинает трещать по швам, а витиеватые намеки Аль Мади сменяются прямыми, как шпала, предложениями поехать к нему в гостиницу и отметить сделку (понимай правильно – проверить на удобство кровать в президентском номере), распечатываю последний лист договора.

Проверяю пункты, отдаю мужчинам на подпись и, игнорируя масляный взгляд черных глаз, поднимаюсь, чтобы откланяться.

— Прошу прощения, господа, но мой рабочий день закончен.

Жду всего, чего угодно. Но шейх, подтверждая любовь восточных людей к неспешности, лишь ухмыляется и кивает, поглаживая бороду. Явно предвкушает, что теперь я от него никуда не денусь.

Зато охреневший в конец Сидоров поражает хамством. Этот хорёк догоняет меня уже на выходе и, включая диктатора, пытается продавить. Даже угрожает, впервые хватая за руку.

— А жопа у тебя не треснет, дорогой начальник? – перестав быть удобной, понижаю голос и медленно цежу слова. При этом не отступаю, пятясь, а намеренно сокращаю расстояние. – Или что-то более хрупкое?

Придурок думает, что шучу, пока то самое хрупкое я не сжимаю в ладони.

Крепко. Чтоб прочувствовал.

Чувствует.

Белеет. Краснеет. Осознает.

— Отпусти, идиотка, – сипит не своим голосом, явно переживая за бубенцы.

Да ладно?

Неужто страшно?

Сжимаю чуть сильнее.

— Я понял. Понял, что перегнул. Прости.

Это хорошо, что понял.

А вот прощу вряд ли.

И сюрприз назад отыгрывать не стану. Каждому, как говорится, по заслугам.

Глава 7

ИРИНА

Только сев в машину и попытавшись ее завести, замечаю, как сильно подрагивают пальцы. На кнопку «START» удается нажать лишь со второй попытки.

— Скунс вонючий, – шиплю, наклоняясь к бардачку и выуживая из него упаковку влажных салфеток.

Дергаю за язычок, распечатывая пачку, и достаю сразу несколько штук. Одной здесь явно будет мало.

Вымещая недовольство на ни в чем неповинной тряпке, комкаю ее несколько раз, а затем тщательнейшим образом протираю ладошки с обеих сторон, пока они не краснеют от моих стараний.

И всё равно кажется, что недостаточно хорошо, по-прежнему Сидоровым воняет.

— Приеду, дважды руки с мылом вымою, – бурчу, стараясь успокоится. – Или даже трижды.

Прикрываю глаза и делаю медленный глубокий вдох. Шумно выдыхаю.

Повторяю процесс еще раз. Только после этого разрешаю себе пристегнуться, нажать на педаль газа и плавно покинуть парковку.