Книга После развода. ( Не) Надейся вернуться, страница 51 – София Брайт

— В прямом. Решил, что если будем проезжать мимо удачной локации, то обязательно нужно задержаться подольше.

— Хочешь сказать, что ты приготовил все для пикника на всякий случай? — шокированно смотрю на него.

— Именно.

Мы заезжаем на берег реки. Никита достает из багажника раскладные стулья, стол, плед и корзину с продуктами. Я в шоке наблюдаю за ним, пораженная его внимательностью и благодарная ему за это.

Мы проводим вечер за приятным разговором, и я почти забываю о бывшем и его любовнице.

А когда возвращаемся домой, то я с досадой думаю о том, что придется прощаться. Кажется, каждая новая наша встреча все больше располагает меня к этому мужчине.

— Спасибо за пикник, Никит, — говорю я тихо, когда он заезжает в мой поселок.

— Не за что, — улыбается он. — Я рад, что тебе понравилось.

— Ты даже не представляешь себе как. Никогда мне не делали таких сюрпризов.

— Все когда-то случается впервые.

Он останавливается у нашей калитки, и в тот же миг в свете его фар возникают две знакомые фигуры, стоящие возле черного внедорожника.

Глеб что-то говорит сыну, но их шаги замирают, а слова обрываются, когда они видят машину, меня, выходящую из нее, и мужчину за рулем.

Я захлопываю дверь и жду, что внедорожник Никиты тронется с места и растворится в темноте. Но кажется, этот день собирается добить меня своей непредсказуемостью. Потому что Никита выходит из машины следом за мной и направляется прямо к Глебу и Фёдору.

— Боже! — бормочу себе под нос.

Вся эта ситуация напоминает мне страшный сон.

“Пожалуйста, не надо. Развернись и уезжай домой!” — мысленно умоляю Никиту. Но он, похоже, решил поиграть в джентльменство. Или бог весть во что. Вот только мне это не нужно.

— Добрый вечер! — протягивает он руку Глебу, а затем Фёдору.

Сын теряется. Переводя обеспокоенный взгляд с отца на Никиту и на меня. Похоже, в его идеальной картине мира нового ухажера мамы не должно быть в одном поле с отцом. А лучше вообще не должно существовать.

— Глеб, давно не виделись. Привет, Фёдор.

Глеб замирает. Сначала мне кажется, что он не примет протянутую руку, но затем бывший отвечает на рукопожатие, хотя взгляд остается холодным и острым, как лезвие, скользит с Никиты на меня, отмечая мой образ.

— Краснов, — произносит Глеб без эмоций. — Каким ветром? — дает ему возможность объясниться, хотя все прекрасно все видят и понимают.

— Не мог же я Веру отпустить, не проводив, — спокойно отвечает Никита, пожимая руку моему сыну.

— Значит, — взгляд бывшего темнеет, — вы были вместе где-то?

— Да так, — улыбается мой новый приятель, — прогулялись. Зачем сидеть дома в такой прекрасный вечер.

— Да не такой уж и прекрасный, — цедит Глеб. Его взгляд прилипает ко мне. — Вера, тебе и Феде, наверное, пора. Степан уже дома. Федя устал.

Он что, пытается мне указывать? Неужели он все еще считает, что имеет на это право?

— Я сама решу, когда мне пора, Глеб, — говорю я, стараясь, чтобы голос не дрожал. — Спасибо, Никита, за прекрасный вечер. До свидания.

— Всегда пожалуйста, Вера. Было очень приятно, — он кивает мне, затем — Глебу и Фёдору. — Глеб, Фёдор. Всего хорошего.

Он разворачивается и уходит к своей машине. Каждый его шаг отдаётся во мне гулким эхом. Дверца захлопывается с мягким щелчком. Фары выхватывают нас троих, стоящих как изваяния, затем авто разворачивается и исчезает в ночи.