Книга Разводимся! Конец идеальной семьи, страница 78 – София Брайт

И на вопрос, что он делает, сын ответил, что следует примеру родителей.

Оказывается, они с Лизой давно нас разоблачили. Пришлось сдаваться и впускать Ларина снова в свою жизнь, в качестве мужа, а не безумного любовника. Именно тогда к нам и пришла Катенька. А когда она родилась, то стала всеобщей любимицей и папиной дочкой, с которой Саша проводит теперь столько времени, сколько никогда не проводил со старшими детьми. Потому что знает: именно эти моменты самые ценные. А деньги… мы их еще заработаем.

— Ма-а-а-ма! — кричит она, протягивая к экрану свои маленькие ручки. — Смотри, какой котик!

Она показывает мне пластилиновую фигурку. Кривую, смешную, но очень трогательную.

— Какая прелесть, — говорю я. — Ты сама слепила?

— Сама! — гордо заявляет она. — А баба помогала!

— Ты молодец, — улыбаюсь. — Я так горжусь тобой.

— Ну я пошла, — целует меня в камеру и сбегает с бабушкиных коленей.

— Люблю тебя, солнце!

— И я тебя, мамочка!

— Мы с ней сегодня целый день лепим, — говорит мама. — Слушай, Ань, мы послезавтра к тете Лиде поедем. Может, заберем с собой Катюшу?

— Конечно, мам, — улыбаюсь. — Мы с Сашей как раз немного отдохнем от всех.

— Вот и славно, — мама кивает.

Я прощаюсь с ней и кладу телефон.

Иду на кухню, ставлю чайник, смотрю в окно.

За окном — закат. Солнце окрашивает небо в розовые и золотые тона, а мужа до сих пор нет.

Но стоит мне устроиться на диване с чашкой чая, как раздается рев двигателя, и через минуту хлопает входная дверь.

Ларин заходит в гостиную с букетом моих любимых полевых ромашек.

— Привет, принцесса! Скучаешь? — он улыбается.

— Есть немного, — я беру цветы.

— Значит, я вовремя, — он обхватывает мое лицо ладонями и целует в губы. — Одевайся. Я приглашаю тебя на свидание.

— Не поздно ли? — смотрю на время.

— Есть что отметить.

— Я думала, ты будешь праздновать с северянами.

— Они подождут. Единственный человек, с кем я хочу праздновать, — это моя жена.

— Какой дресс-код? — чувствую внезапное волнение.

— Свободный. А молодежь где?

— Уехали на озеро на неделю.

— Подожди, а как же мотоцикл?

— Я дала им свою машину.

— Серьезно? Зачем?

— Я не допущу, чтобы Лиза ехала пятьдесят километров на этом.

— Ты сама любишь гонять на таком, — усмехается Ларин.

— Любила! Ты избавился от своего железного коня.

Саша внезапно замирает, и я вижу, как вспыхивают его глаза.

— Тряхнем стариной?

— В каком плане?

— Сегодня бой, — улыбается он. — И у нас есть мотоцикл.

— Ты в своем уме? А если тебя покалечат. Кто будет на нем возвращаться?

— Ты забыла? — тянет меня за руку, поднимая с дивана и обнимая за талию. — С тобой я не проигрываю.

Я смотрю в его глаза и понимаю, что спор бесполезен. Когда Ларин что-то решил, его не переубедить.

— Хорошо, — сдаюсь. — Но если ты сломаешь себе что-нибудь, я буду лечить тебя сама и без наркоза.

— Договорились, — смеется он.

Через час мы уже мчимся на мотоцикле по ночному городу. Ветер развевает мои волосы, я обнимаю Сашу за талию, прижимаюсь к его спине и чувствую, как бешено колотится мое сердце. Он снова тот самый дерзкий парень, в которого я влюбилась в школе.

Мы приезжаем в новое место для проведения боев. Бывшая птицефабрика. У входа дорогие машины, та же атмосфера. Только теперь я знаю, куда иду, и это знание добавляет остроты.