Книга Разводимся! Конец идеальной семьи, страница 51 – София Брайт

Ларин темнеет и отводит глаза.

И этого достаточно, чтобы получить ответы на свои вопросы.

Возможно, в моменте это было приятно… но ложь и последствия не стоят всего этого.

— Он домогается тебя? — а вот этот вопрос застает меня врасплох.

— Что, прости?

— Александр, он преследует тебя, предлагает продолжить?

Я не стану отвечать на этот вопрос, просто потому, что не хочу усугубить их и без того сложные отношения.

Во рту пересыхает, а ладошки, напротив, начинают потеть. Облизываю пересохшие губы.

— Ты же понимаешь, Аня, что за тебя я любого в порошок сотру? И плевать мне, сын он мне или нет.

Смотрим друг на друга, и я физически ощущаю, как мы отдаляемся.

— Что теперь? — наконец спрашиваю. — Будешь меня ревновать к собственному сыну?

— Не знаю, — он смотрит на дорогу, не поворачивая головы. — Я вообще ничего не знаю, Аня.

— Я тоже, — тихо отвечаю.

— Поехали домой, — говорит он устало.

— Поехали.

Он заводит машину, выезжает на трассу.

Мы молчим всю дорогу.

Я смотрю в окно и думаю о том, что только что разрушила последнее, что нас связывало.

Доверие.

Хотя какое доверие может быть после всего случившегося? Его и так не было.

Но теперь… теперь он смотрит на меня как на чужую.

И кто знает, сможет ли он когда-нибудь посмотреть иначе. А самое главное, хочу ли я этого?

И если нет, то получается, что это конец?

Глава 31

Саша высаживает меня и куда-то уезжает.

И… теперь я не исключаю возможности, что он поехал обратно… закончить начатое. Внутри у меня все кровоточит от одной мысли об этом, но останавливать его не буду. Потому что мы все уже сломали и нам нечего склеивать.

— Мам, ты чего? — заходит ко мне в спальню Лиза. — Тебе нехорошо?

— Голова что-то болит, — мне так плохо, что я даже голову повернуть в сторону дочери не могу.

— Может, таблетку принести?

— Я уже выпила, — нагло лгу. — Мне бы поспать…

— Ладно… — говорит она задумчиво. — А папа где? Когда вернется?

— Позвони ему, узнай… Не могу разговаривать сейчас.

— Хорошо, — слишком легко соглашается дочь. — Я тогда… суп куриный сварю.

— Ты разве варила его когда-нибудь? — усмехаюсь, потому что Лиза моя готовила лишь яичницу да макароны с сосисками.

Это, конечно, минус мне как матери, что я ее не научила. Но… мне всегда казалось, что она еще успеет настояться у плиты и освоить все базовые для женщины навыки. Особенно если будет для кого.

— Что я, погуглить не могу, как это делать? — бурчит она и оставляет меня одну.

Я лежу, смотрю в потолок, пытаясь закрыть веки, которые почему-то не смыкаются.

Телефон вибрирует на тумбочке. Но я… не беру его. Кажется, что сейчас весь мир против меня, и я не хочу отвечать. Но вибрация повторяется. Я все же беру гаджет и вижу номер Алекса.

“Ну так что ты решила?”

Я не отвечаю, не желая делиться своими эмоциями ни с одной живой душой.

Следом падает сообщение.

“Я знаю, что ты была в гостинице. Как отреагировал муж? Злой?”

Мне плевать на его сообщения, я продолжаю играть в молчанку.

“Поговори со мной. Пожалуйста. Я переживаю”.

Делаю глубокий вдох и набираю ответ.

“Не хочу сейчас разговаривать. Может быть, потом”.

Он не отвечает, слава богу, и я выдыхаю. Потому что не ожидала, что он окажется таким понимающим.

Где-то через час приезжает Саша. Я слышу, как хлопает входная дверь, как он переговаривается с Лизой на кухне. Голоса тихие, слов я не разбираю, но интонации спокойные.