Книга Месть. Не стоило мне изменять, страница 35 – Софи Вирго

— Мне тоже нужно... Припудрить носик, - говорит она, и ее голос звучит неестественно высоко, почти визгливо, как у подростка, пойманного на вранье. - Я быстро, а вы тут пока поболтайте. Мне нельзя с поплывшим макияжем сидеть, еще снимут и в сеть сольют, и я потеряю потенциальных клиентов.

Не дожидаясь от нас ответа, она почти бежит к выходу из зала. Ее каблуки цокают по паркету, а розовое платье развевается вокруг ног, как паника, которую она пытается скрыть. Я слежу за ней взглядом, пока она не скрывается за углом, отмечая, как она оглядывается через плечо, словно проверяя, не иду ли я за ней. Затем медленно поворачиваюсь к Константину, чувствуя, как холодный пот стекает по спине, но внешне остаюсь совершенно спокойной.

Мы остаемся одни. Тишина между нами густая, тяжелая, как смог после пожара. Я кладу диктофон на стол, но не выключаю его, специально поворачиваю так, чтобы он не видел зеленый мерцающий огонек, свидетельствующий о том, что каждое наше слово будет зафиксировано.

Мой взгляд скользит по залу. Пара за соседним столиком увлеченно беседует, официант несет поднос с десертами, никто не обращает на нас внимания. Идеальная обстановка для откровенного разговора.

Константин откидывается на спинку стула, его пальцы медленно барабанят по столу. Он выглядит спокойным, но я вижу, как напряжены его плечи, как слегка подрагивает веко, как слишком часто он сглатывает. Он первый нарушает молчание, и в его голосе слышна легкая насмешка, но я улавливаю и нотки напряжения.

— Ну что, - говорит он, намеренно растягивая слова, - вот мы и остались с вами вдвоем. Будете брать интервью, или посидим в тишине?

Я наклоняюсь немного вперед, опираясь локтями о стол, губы растягиваются в улыбке, в которой нет ни капли тепла, только холодный расчет.

— Давай без игр, - говорю тихо, переходя на «ты», чтобы нас не услышали за соседними столиками. - Сколько тебе заплатили за этот спектакль? Я же вижу, что это постановка. Они нервные, ты скованный. Так не бывает, я вижу много людей, вижу, кто как себя ведет. От меня ничего не утаить.

Его лицо остается невозмутимым, будто высечено из мрамора. Только пальцы на секунду замирают, прежде чем он снова начинает постукивать ими по столу, теперь уже чуть быстрее.

— Не понимаю, о чем ты? - он качает головой, делая вид, что не понимает, но его глаза бегают, не находя точки, на которой можно остановить взгляд. - У тебя, похоже, паранойя. Может, тебе стоит обратиться к специалисту? Олег хороший мужик, но складывается впечатление, что не повезло с женой ему.

— Давай так, я заплачу в два раза больше, чем эта сладкая парочка, и ты расскажешь мне правду. Как предложение? - спрашиваю у него, не отводя взгляда, изучая каждую реакцию этого типа. Его зрачки слегка расширились, когда я заговорила о деньгах, губы дрогнули. Интересно. Очень интересно.

— У, как все запущено. Вероника, ревность тебе не к лицу, - он делает паузу, пьет воду, и я вижу, как дрожит стакан в его руке. - Я думал, по словам Сони, что ты умная и проницательная, а в итоге вижу женщину с поехавшей крышей на фоне сидения дома, и редкого пописывания едких и колких статей.

Я не реагирую на провокацию, лишь слегка наклоняю голову, будто рассматриваю интересный экспонат в музее. Внутри все кипит, но это нужно сдерживать.