Книга (не) счастье для Миллиардера, страница 18 – Софи Вирго

— Ты издеваешься?

Я ему тут откровенно все говорю, выкладываю все факты на стол, а он фортели выписывает. Шуточки шутит! Тоже мне, друг. У меня вопрос жизни и смерти, можно сказать, а он издевается.

— Амир, чего ты от меня хочешь? Ты поплыл, сам признаешь. Сколько баб тебя накормить пыталось? Да не счесть, и на всех тебе было откровенно, прорости за грубость, насрать. А тут ты еще ее стряпню не пробовал, но уже готов с тарелкой в зубах мчать за стол.

Как я ненавижу, когда Дамир говорит очевидные вещи, которые я упорно стараюсь игнорировать, когда дело пахнет керосином. Только с появлением Милы он стал еще более точно бить правдой-маткой.

— Говорил тебе, не перекупай у меня клуб, если не хочешь потерять статус холостяка. Вы там познакомились, как и мы с Милкой. Хочешь страдать, флаг в руки, барабан на шею и вперед, возглавляй колонну. Но помяни мое слово, скоро девчонка станет Умаровой. Я знаю, о чем говорю. Проклятое место. Зуб даю. Я в Милане ошибся, принял за разлучницу, а оказалось, это ей сердце разбили. Ты в своей рыжей ошибся.

— Не называй ее так.

Перебиваю его, потому что она не рыжая, она рыжик. Мой рыжик. И только я буду так ее называть.

— Да хорошо, хорошо, - поднимает руки, типа сдуется. - в Анжелике. Вопрос во времени. Не более того. К новому году у тебя будет беременная жена, а у клуба новый владелец. На что угодно готов поспорить.

Смотрю на него, как на врага народа. Нет успокоить друга, сказать, что просто на смазливую мордаху повелся и скоро все пройдет. Он, наоборот, масла в огонь подливает, толкает в пропасть семьи. Знает ведь, что я не хочу этого. И знает прекрасно, почему.

— Ты знаешь, почему нет, Дамир. Ты все прекрасно знаешь, - устало сжимаю спинку кожаного кресла до противного скрежета.

— Я знаю, Амир. В том-то и дело. Не живи ты прошлым. Отпусти его. Ты сам себе не даешь быть счастливым. Хватит загоняться. Начни жить. У тебя уже есть семья. Я, Миланка, мой сын, моя родня. Ты не один. У тебя уже есть слабые места, ради которых ты на все пойдешь! Прекрати сам себя истязать!

Друг хлопает ладонью по столу и встаёт, продолжая сверлить меня тяжелым взглядом. Кто кого победит? Никто и никого. Мы сдуваемся одновременно. Слишком хорошо друг друга знаем.

— Это другое. Не делай вид, что не понимаешь, о чем я. За любого из вас я жизнь отдам. Но голова будет холодной, и я смогу придумать план, как действовать, остановлю любого из вас от поспешных решений. Но если что-то случится с Моей женщиной, с моими детьми тут голова отключится. Я этого не хочу.

Друг смотрит на меня тяжелым взглядом. Он прекрасно знает, о чем речь, и знает, как страшно, когда из-за тебя страдают близкие.

— Решать тебе, Амир. Но жить, оглядываясь на призраки прошлого не самое удачное решение. Ты можешь быть счастлив, прожить полную и яркую жизнь. Она не будет гладкой. Это сказки. Но ты будешь жить и дышать полной грудью. А можешь замкнуться в себе и смотреть на счастье других. И если выбираешь последнее, тогда оставь девочку в покое. Не играй. Она тоже живая.

— Простите, вы просили не беспокоить, - в кабинет робко заглядывает секретарь. Но там ваша жена не может дозвониться до вас. Соединить?

— Да, я уже ухожу. Спасибо, - протягиваю руку другу и выхожу из кабинета, под его серьезный взгляд.