Книга Наедине, страница 69 – Юлия Амусина

— Это все довольно занимательно, но очень уж путано, вы так не считаете? Нет?

Я смотрю на дядю в костюме, который, вроде бы, очень недоволен моими словами. Или тем, что заговорил я без спроса. В нем чувствуется железная выправка, желание единоличного контроля над ситуацией, а я своим сольным номером смешиваю ему все карты и тем самым удачно настраиваю против себя. Черт.

За все время, прошедшее с моего последнего визита в «Клуб Почитателей Тлена», я чего только не придумывал, маялся в ожидании неизвестности, и теперь скопившиеся внутри эмоции требовали выхода, заставляя меня лезть на рожон и испытывать нервы незнакомой троицы.

— Может, познакомимся для начала? Мое имя вы все наверняка знаете, но формальности для того и существуют, чтобы их соблюдать. — я поочередно оглядываю всех присутствующих и вновь возвращаюсь взглядом к дяде, как самому главному. — Вершинин Михаил Алексеевич.

— Мы прекрасно знаем, кто вы, — негромко шелестит женщина, цепляя тонкие ладони с длинными пальцами прямо перед собой. — Мое имя Алина Сергеевна. Это мой муж, Анатолий Степанович.

Я киваю, ненавязчиво приглядываясь к безмолвному дяде.

— А это… Владимир, — говорит таким тоном, точно имя паренька все объясняет без всяких дополнительных пояснений. Я смотрю на него с интересом, но знаний во мне от этого не прибавляется. Определенно, парень не тот, за кого может говорить одно лишь имя.

— Мне, конечно, безумно приятно и все такое, но… — я развожу руками и улыбаюсь даме в зеленом.

Моя улыбка ей почему-то не нравится и очень нервирует ее немногословного мужа. Но они позволяют мне чесать языком, не торопясь перехватывать инициативу, а время уже позднее, мало подходящее для приема гостей, и я решаю, что всем нам пора перейти к сути.

— Чем обязан-то, господа?

— Он что, издевается над нами? — вспыхивает парень Володя, вновь вскакивая с облюбованного им подлокотника. Угрозы в нем я не вижу, если только он не позовет на подмогу дожидающихся за дверью ребят, разумеется.

— Володя, — женщина укоризненно качает головой и переводит взгляд на меня. — Вы могли бы вести себя подобающим образом.

— Точно. Как и вы, — я откидываюсь на спинку кресла. — Поправьте, если ошибаюсь: это ведь вы послали ко мне того парня, который должен был расквасить мою физиономию? Простите, мое лицо. — теперь я смотрю предельно строго.

Тут вступает Анатолий Степанович.

— Это была вынужденная мера. Он не собирался на вас нападать, мы велели ему провести с вами беседу. Юра уверяет, что вы сами на него набросились.

— Ага. Я бешеный иногда, — киваю согласно. — Особенно когда возвращаюсь домой после тяжелого рабочего дня, а кто-то караулит меня в подъезде и собирается как следует мне навалять. Ну да ладно, опустим всю эту лирику… Вы ведь ее родители, верно?

Женщина переглядывается с мужем и все же кивает.

— Я думал, что… — с трудом сдерживаюсь, чтобы не чертыхнуться в досаде. Не знаю, что на уме этих людей, но из-за них я потерял определенное количество нервных клеток. — Много чего приходило мне в голову, в общем… Но про родителей не подумал совсем.

Алина Сергеевна едва заметно ведет подбородком.

— Мы в трудном положении, Михаил Алексеевич. И, признаться, ваше появление рядом с нашей дочерью усложняет все многократно.