Книга Купеческая дочь за горца не пойдёт, страница 67 – Татьяна Михаль

И папенька бросил на меня красноречивый взгляд, мол, только посмей обидеть горца, высеку!

И они удалились. В гостиной остались я и Гайдар.

Он вдруг подошёл ко мне ближе, заглянул в моё недовольное лицо и проговорил:

— Марья, я не держу тебя силой. Если ты не хочешь нашего брака, его не будет. Я всё пойму.

Я подняла на него глаза. Он стоял передо мной грозный, гордый, но… при этом он надеялся на что-то.

Я сглотнула и чуть не наорала на него. Вот оно коронное кавказское – манипулирование! Горцы виртуозно владеют этими техниками, и они умеют создавать эмоциональные качели. Сначала я весь такой котик, пушистый, мурлыкающий, а потом, хоба! Уже полруки и нету и на тебя рычит страшная зверюга, которую невозможно приручить.

Я честно ответила ему:

— Я пока сама не знаю, чего хочу.

Точнее, я знала, чего я хочу, но в этом веке мне не реализовать свои задумки на все сто процентов, и я это отлично осознавала.

— Тогда давай разбираться вместе, – проговорил он.

— Кхм… давайте попробуем…

И он улыбнулся.

— Я понимаю, – начал он, – что ты не желала этой помолвки, я давлю на тебя. Дело в том, что я привык, что женщины не говорят мне «нет». Но не ты.

Я вздёрнула одну бровь.

— Поэтому, – продолжил он, – я предлагаю тебе сделку.

У меня дёрнулся глаз.

— Сделку?

— Дай мне месяц, – проговорил он.

— На что? – спросила непонимающе.

— Я буду ухаживать за тобой весь месяц, как за своей невестой, но без принуждения и условий. Если через месяц ты заявишь мне, что я тебе не мил, то я отступлю и расторгну помолвку. Верну тебе свободу.

Я уставилась на него в полном шоке, потому что он был пугающе серьёзен. В тёмно-синих глазах не было ни тени насмешки, ни искры превосходства. Гайдар ждал моего ответа.

— Месяц? – повторила я. – И, если мне не понравится, вы отступите?

— Да, я отступлю.

Я не могла понять, где подвох? С виду он предлагал мне честную сделку. Месяц и я свободна.

— Ладно, – проговорила я. – Месяц. Но учтите, князь, мне трудно угодить.

— Уже понял, – ответил он. – Это будет интересно.

И улыбнулся, а потом, просто развернулся, и ушёл. А я осталась одна с ощущением, что меня только что обвели вокруг пальца.

* * *

— МАРЬЯ —

Через полчаса папенька и Белозёрский вышли из кабинета. Папенька сиял. Белозёрский тоже выглядел довольным. Они обменялись рукопожатиями, и русский князь откланялся, поцеловав мне руку и удалился.

— Папенька, – спросила я, – что он заказал?

— Алмазный гарнитур, – ответил он с хищной улыбкой. – Колье, серьги, браслет и диадему из лучших персидских алмазов, но работа должна быть итальянская. Сумма просто бешеная. Ты представляешь?

— Представляю, – кивнула я и грустно вздохнула.

— Он даже предоплату оставил! – продолжал папенька. – Я говорил, что не надо, подождите, пока ответ будет, товар... А он – нет, возьмите, уважаемый Арсений Петрович, я вам доверяю. Доверяет! Ох, чует моё сердце, мы с ним большие дела сделаем.

— Поздравляю, – произнесла сухо.

— Спасибо, дочка. А где твой жених?

— Свалил в закат, – буркнула я и ушла к себе.

* * *

А новый день принёс новые сюрпризы.

Я ещё сладко спала, когда раздался истошный папенькин вопль. Я тут же подскочила на кровати, чуть не свалившись на пол.

— Марья! Марья-я-я! Батюшки-светы! Что ж это делается-то?!