Книга Под покровительством монстра, страница 71 – Инна Матвеева

С трудом сдерживаюсь от порыва наброситься на него с кулаками. Насколько реально сделать это, пока мудак занят вождением?

Ещё раз смотрю на Варю, в глазах которой застывают слёзы. Она не вытирает их — боится шевелиться.

Я и сама с трудом борюсь с отчаянием.

Что же я натворила?.. Варя доверилась мне. Она вообще не хотела никуда сбегать. И до последнего сомневалась, что Денис действительно её выгонит. Но я настояла. И вот по моей вине подруга вляпалась в такую историю, что любая на её месте предпочла бы смерть.

Эта мысль наталкивает на ещё одну, не менее ужасную — а ведь я подвела ещё и Дениса. Это из-за меня он бросился в погоню, которая стоила ему... Нет. Даже не думать об этом. Хочется верить, что всё обошлось незначительным ранением.

Теперь я понимаю — Денис не стал бы так преследовать меня только из-за нежелания терять. Он слишком горд для этого.

А вот если узнал правду о Вениамине... Тем более что копал под него. Тогда да, мог бы не ждать, не готовиться, а сразу кинуться за мной...

Денис хотел нас спасти. Вот и всё.

А я, дура, крикнула ему, что знала, куда Вениамин меня везёт! И что добровольно на это согласилась.

Да уж, Венчиков прав — мне не хватило ума проверить его. Когда он предложил уехать, мне надо было потребовать у него хоть какие-то документы или доказательства, что гостиница и бизнес действительно были. Ну или поехать с Варей отдельно на поезде или самолёте... Да что угодно. И пусть бы я показалась чересчур мнительной и оскорбила бы недоверием. Лучше так, чем импульсивно ехать непонятно куда.

Да какое там — я ошиблась ещё раньше. Когда вообще пришла к нему изливать душу. Действовала, направляемая эмоциями, а не разумом. И уж тем более, безрассудно было соглашаться ехать.

И то, что я видела в Вениамине друга — не оправдание. Нельзя так слепо верить.

Я сама загнала себя в пропасть.

Самое ужасное — не только себя.

Вот они — последствия. И выбраться из них невозможно.

Конечно, я был вне себя, когда обнаружил, что она ушла из дома на целый день, проигнорировав наш пикник.

Я хотел устроить ей свидание... Стремился убедиться, что мне не показалось — ночью между нами всё изменилось, несмотря даже на её нежелание быть со мной утром. Когда Богдана притворялась спящей, прижавшись к подушке так, словно она была спасением от какого-то монстра; меня это задело. Я прям ощутил себя лишним, непринятым.

Но в течение дня периодически размышляя об этом, вдруг решил — это не показатель. Ей могло быть банально не по себе пускать в сердце того, кто вынудил быть с ним этой ночью. Она могла не понимать, что происходило. И, в конце концов, Богдана всегда побаивалась меня.

Но сейчас стало понятно — никаких чувств и не было. Она испытывала отвращение. Умело сыграв свою роль в нашей сделке, вне её она вела себя естественно. Презирала меня и не скрывала этого.

В конце концов, Богдана ведь уже давала это понять тогда, на кладбище. Прямым текстом говорила, что у меня никаких шансов с ней.

И да, я искал её. Более того — узнал, где она. Но гордость не позволила забрать её прямо из дома чёртового Венчикова.

Да, до этого я ждал её, до последнего не отменял пикник. Надеялся провести с ней время, поделиться уже проделанными успехами в нашем совместном деле. Не собирался снова переводить всё в постель, пока Богдана не узнает меня по-настоящему. Пока не захочет этого сама.