Книга Три звезды Форгетона, страница 32 – Настя О

После собрания Двайр с Лешей отошли подальше от камер и оттуда телепортировались прямиком в магазин. Продукты они выбрали быстро, заполнив еще одну сумку, и форгетонцу даже показалось, что сын немного оттаял. Однако когда Леша взял свой телефон и поднес к уху, его лицо изменилось, и он с тревогой посмотрел на Двайра.

— Давай скорее вернемся домой.

— Что случилось?

— Мишка заболел.

Когда Двайр с Лешей исчезли, Машка продолжила хлопать в ладоши так самозабвенно, что я даже немного порадовалась. У нее появился такой мощный отвлекающий фактор, что я могла немного выдохнуть. Все-таки оставаться оптимистичной матерью маленьких детей было довольно сложно, несмотря на весь мой положительный настрой.

Мишка продолжал кукситься и начал просить почитать книжку. Поскольку время до ужина еще оставалось, мы отправились в большую комнату, чтобы найти занятие по душе. Маша занялась любимым делом — опустошала пластиковый ящик с игрушками и разбрасывала вокруг себя, создавая только ей понятный порядок. Я уже давно махнула на это рукой и просто ждала момента, когда детям надоест крушить дом. Укладывала спать и быстро возвращала все на свои места. И так продолжалось изо дня в день. Сегодняшний ничем не отличался от предыдущих.

Мы с Мишей устроились на диване с книжкой, Маша сосредоточилась на музыкальном телефоне. Дуся в такие моменты предпочитала скрываться подальше. И сейчас тоже шмыгнула на кухню. Жорика это чрезвычайно обрадовало. Настолько, что он даже задремал, сидя на дверке шкафа. Видимо, облюбовал себе место.

Пока я читала, сын доверчиво разлегся на моих подогнутых ногах. Но смутное чувство беспокойства поселилось в душе. Раньше он бы никогда не бросил Машку в ее злодеяниях. А тут еще так и норовил уснуть.

А потом Мишка стал теплеть на глазах. Когда я подняла его и потрогала лоб, он очень напоминал вскипевший чайник. Я бросилась к электронному термометру с сыном на руках. Пока мы сидели и ждали звукового сигнала, Машуня с радостью показывала на желтые заячьи ушки, торчащие из-под подмышки брата.

Температура оказалась высокой — выше тридцати восьми градусов. Мы никогда не болели так серьезно. У меня имелась аптечка первой помощи и жаропонижающие средства, конечно, тоже. Да и простуды с нами раньше случались. Но таких серьезных — никогда.

Собрание в школе у Леши уже должно было завершиться. Не думая ни о чем, я позвонила старшему сыну:

— Леш, вы освободились? Давайте домой. Мишка заболел.

Они появились через несколько минут в прихожей. Глаза Двайра напоминали огромные блюдца, когда он увидел сонного Мишку на моих руках:

— Рита, а это нормально, что он уже спит? Он ведь вчера засыпал гораздо позже.

— Он заболел, Двайр. Когда Миша болеет, он всегда вялый. Мне понадобится твоя помощь.

— Что мне сделать?

— Займи пока Машу. Я дам Мише микстуру от температуры, а завтра с утра вызовем врача. Леша, как с Ириной Витальевной прошло?

— Непонятно, — пожал плечами старший. — Но двойка в журнал не пойдет. Даже как-то жалко стало, что Витальна уходит.

— Цени ее подарок на новый год. И нам одной проблемой меньше.

Я побежала на кухню за микстурой. Двайр рванул в комнату к Маше, а Лешке мы доверили подготовить чашки с водой и отправили к себе в комнату, чтобы не отсвечивал и тоже не заболел под самый праздник. В школе оставались последние обязательные мероприятия: классный час, на котором планировалось разобрать ошибки контрольной, и уборка кабинета, и Леша мог спокойно уходить на отдых. Поэтому продержаться оставалось совсем немного. А на случай тяжелой артиллерии мы решили использовать Двайра.