Книга Моя любимая неприятность, страница 49 – Настя О

Ректор осторожно кивнул, а я, вытаращив глаза, продолжала разглядывать своего новоиспеченного супруга. И сопоставляла факты.

— Ваши родственники погибли, защищая страну. Вас тоже наградили божественной силой. Вы живете в Драконьих горах. Вы тоже… дракон? — потрясенно шепнула я.

— Был драконом. После Мертвой деревни я больше не могу перевоплощаться. Как и дан Борбон, к слову.

— Дан Борбон тоже был драконом?

— Да, — кивнул Родерик. — После Мертвой войны стало рождаться больше детей с сильным даром. Драконий огонь, ушедший в землю, напитал ее божественной магией. И магия начала проявляться в потомках этой земли. Так происходит до сих пор. Те из юных магов, кто показывает высокие результаты, проходят испытание превращением. Те, кто будут в силах обратиться в дракона, станут истинными защитниками королевства.

— И много сейчас появилось драконов? — нахмурилась я.

Что-то не сходилось! Ведь Родерик до сих пор считался сильнейшим магом Мэйленда. А превращаться не мог.

— Пока — ни одного, — развел руками ректор. — Мы считаем, что династию драконов может продолжить дан Родерик. Потенциал в нем остался. Просто магии не хватает после усмирения Мертвой деревни.

— Так вот зачем король хотел, чтобы вы женились! — догадалась я.

— В том числе, — кивнул Родерик. — Но, как видите, я пока с успехом избегал этого.

Лукавая улыбка, скользнувшая по его губам, отчего-то не вызвала во мне радости. Захотелось сильно посочувствовать маленькому мальчику, который в одно мгновение остался без родных.

Плохо, Лера, плохо! Так, неровен час, ты и чувствами к нему воспылаешь.

После экскурсии к книге перемен ректор засобирался по делам. Ну а Родерик напомнил мне о том важном задании, с которым мы сегодня планировали разделаться. Чтобы не терять времени даром, он попросил дана Эдингема открыть портал в Шаттервиль, поскольку время суток перешагнуло за полдень.

— Не имею ни малейшего представления, сколько вы будете выбирать одежду, но обычно женщины занимаются этим очень долго.

— А вы не можете без сарказма, да, дан Родерик? — усмехнулась я, когда мы шагнули в раскрытую воронку перехода.

— Это вы пожелали в мужья самого сильного мага королевства, — невозмутимо отозвался некромант. — Я как-то жениться не планировал. Так что придется вам мириться с моим характером.

— Кстати, о сильных магах, — зацепилась я за его слова, — почему до сих пор никто не смог обратиться в дракона? Мне смутно верится в то, что не было достойных.

— О, достойные были, поверьте. Но обратиться в дракона не совсем просто. Еще страшнее — обратный переход. Самое сложное во всем этом — заставить себя сделать шаг. У нас есть Скала Превращений, с которой когда-то спрыгнули все мои родственники. И я в том числе. Все мы стали драконами, а затем извергли драконий огонь на землю, уничтожив умертвий. Но боги забыли сказать о том, что дракону нельзя становиться человеком, пока он снова не наберется сил. Мои родные не знали этого — и умерли. Я же остался в звериной форме до того момента, как не почувствовал облегчения. А затем очень сильно захотел вернуть родственников. Поэтому магия обратилась из обычной драконьей в магию смерти. Больше никто не рискнул повторить этот шаг. На Скалу Превращений поднимались многие. Даже прыгали с нее. Но драконами не стали. Не смогли. Сейчас большая вероятность обратиться драконом есть у старшего Рейтингера. Но ему пока мешает жажда мести. Очень нехорошее чувство.